Маленькая хозяйка замка Шгрив

смех. Юлия наблюдала из своего окна, как всё больше утаптывается снег, оставляя тёмные следы и превращаясь в грязную кашу под копытами лошадей. Герцог один встречал прибывших. Девушке настоятельно рекомендовалось оставаться в своих покоях.
— Я представлю тебя гостям на вечернем приёме. Прошу, не выходи на улицу, я не хочу, чтобы ты замёрзла, милая, — сказал ей Дункан утром за завтраком, глядя в задёрнутое снежной пеленой окно.

«Великанша» Матильда зорко следила за выполнением наказа его светлости не выпускать леди из комнат. Каждую попытку со стороны Лии: «Хоть одним глазком!» пресекала хамоватым: «Куда?!». А девушке было и любопытно, и страшно. Она бы тихонько, из-за угла, посмотрела на прибывающих. А ещё лучше, если бы удалось подняться выше, на балкончик над холлом. И, спрятавшись за кадкой с раскидистым фикусом, рассмотреть ту красивую леди в длинной ротонде из синего бархата, что приехала только что…
Когда-то давно, ещё в прежней жизни, Юлия была вместе с отцом на карнавале в столице. Тогда её поразил не столько королевский дворец со всем его великолепием, сколько нарядные, одетые по последней моде богатые горожанки. Лия широко раскрытыми глазами смотрела на прекрасных дам в шикарных нарядах и на важных лордов, сгибающихся в поклонах и целующих ручки этим красавицам. Виденные ею леди походили на утончённых фарфоровых кукол. Молодая девушка, жившая тогда в глуши, с жадностью впитывала в себя их жесты, запоминала взгляды, которыми одаривали дамы своих кавалеров, и мечтала когда-нибудь… Ну-ну, прочь, грустные мысли! А потом был фейерверк. Он потрясал воображение. Ничего подобного Юлия ещё не видела. До сих пор она помнит, как пищала от восторга, цепляясь за локоть батюшки, чем привлекала к себе излишнее внимание молодых людей, стоящих неподалёку. Ловя на себе насмешливые взгляды юных лордов, девушка стыдливо прятала нос в рукаве отцовского камзола. Но при новом «Ба-бах!» забывала и о взглядах, и о стыдливости, попискивая в восхищении от красочного действа. Будет ли что-то подобное в этот раз? Расщедрится ли герцог на столь затратное развлечение?
Платье сидело великолепно. Нежное, кремового цвета, исключительно из тончайшего кружева ручной работы.
Юлия покружилась перед зеркалом. Да, зря она переживала из-за отсутствия рубинов или бриллиантов на платье — они были бы явно лишними, делая её похожей на женщину, с полным отсутствием вкуса. А так…
Узкая талия, высокая, но полная грудь, на которую заглядывались даже женатые мужчины, что приходили к папеньке в гости, всё было сдержано, не вульгарно, именно так, как надо. Лия подумала, что не зря герцог пригласил того мастера. Пусть мэтр и прыгал перед ней, как блоха, и суетился, предлагая то одно, то другое, но сотворил в итоге действительно потрясающую вещь. Турнюр небольшой, как она и просила. Очень часто этот элемент одежды напоминал табуретку, привязанную сзади, что выглядело обычно смешно. Быть клоуном в первый день знакомства с друзьями и знакомыми мужа не хотелось.
— Вам нравится, мой лорд? — спросила Юлия и посмотрела на отражение мужа в зеркале.
Отчего-то было чувство, что Эррол недоволен, причём непонятно, чем именно: то ли платье оказалось в итоге дороже, чем он планировал, то ли его таинственные дела идут не совсем так, как ему бы хотелось. Регулярные исчезновения лорда, через каждые два дня, стали чем-то привычным для герцогини, но это не умерило её любопытства. Вот вчера, например, она опять целый день не наблюдала его в замке, и когда супруг приехал — неизвестно. Лия просидела в кресле в гостиной, чтобы как полагается встретить мужа, расспросить о том, как прошёл его день, где он был, чем занимался. Но вместо этого уснула и очнулась только в собственной постели, тщательно закутанная в одеяло.
— Недурно, моя дорогая, — герцог в очередной раз окинул супругу взглядом, в котором сквозила капля сожаления. А затем подошёл и поправил выбившийся из причёски завиток. — Ты юна, моя милая, тебе ни к чему обвешиваться бриллиантами, все и так великолепно, — и шаловливо качнул пальцем её серёжку в виде капельки с таафеитом редкого красного цвета.
— Спасибо, — пробормотала девушка и направилась в гардеробную. Демонстрация закончилась.
Матильда закалывала последний локон в причёске Юлии, когда в комнату, коротко постучавшись, вошёл герцог. Жестом руки лорд удалил горничную и, дождавшись, пока та закроет за собой дверь, обратил внимание на жену. Герцогиня сидела перед зеркалом и мандражировала. От страха у неё заледенели кончики пальцев на руках, и она то и дело сжимала кулачки, разгоняя кровь. Дункан подошёл сзади, положил ей на плечи сухие, тёплые руки и наклонился к самому уху.
— Не надо бояться,