Маленькая хозяйка замка Шгрив

— А я напомню. Ущелье Туманов, десять лет назад… Как колено? Не беспокоит? — с издёвкой в голосе спросил Натан.
Герцог прищурился, вглядываясь в лицо со шрамом на виске. Пришло узнавание, но он мог ошибаться.
— Что, герцог, — прошипел похититель, — вспомнил? Вспомни и молодого парня, которого ты убил!
События тех далёких дней мрачным калейдоскопом пронеслись в голове хозяина замка Шгрив. Ущелье. Дункан и Ирвин с небольшим отрядом горцев через полгода после похищения Линды, одержимые мщением рыскали по горам и преследовали разрозненные группы отшельников. Неожиданная встреча с последователями запретного культа. Перевес сил не на стороне преступников. Лёгкая победа. И вдруг молодой парень, неопытный маг, плетёт заклинание. Эррол уворачивается в последний момент, и огненный шар врезается в скалу за спиной. Грохот камнепада. Громкий вскрик юноши. Шум в голове. Невыносимая боль в раздроблённой ноге. Темнота… Освобождение из каменного плена. Улыбающиеся лица друзей. И слова: «Один ушёл!».
— Мальчишка погиб по своей вине, — глухо сказал герцог, глядя прямо в глаза брату Берты.
Натан хрипло рассмеялся.
— Не верю. А поэтому после того как разделаюсь с тобой, прикончу твою девку. А может, и не прикончу — сама сдохнет, ей недолго осталось…
— Не девку — жену! — прервал его своим рыком Дункан и бросился на отступника, причастного к похищению его ангела. Будто второе дыхание открылось! Обманное движение. Резкий выпад, и вот уже соперник с удивлением смотрит на торчащий из своей груди меч.
— Мальчишка погиб по своей вине, — с сожалением в голосе повторил, приблизившись, в лицо смертельно раненому бандиту Эррол, прежде чем вынуть из его тела клинок.
Наступила тишина. Короткий бой с фанатиками был закончен.
Юлия! Развернулся в сторону алтаря и замер. На него смотрели самые дорогие, самые любимые глаза — глаза его девочки. Бросился к супруге, на ходу снимая куртку. Склонился над ней, укутывая в сохранившую его тепло вещь, не в силах поверить, что нашёл, что успел, и его ангел теперь с ним, в его руках!
— Сейчас, сейчас, — торопился, пытаясь снять с себя шейный платок, — сейчас перевяжем, — дёрнул в раздражении за неподдающийся узел, — ты не молчи, милая, скажи что-нибудь, иначе я с ума сойду! — аксессуар наконец покинул шею герцога, и теперь он им осторожно перевязывал кровоточащее запястье маленькой хозяйки.
Подскочила освобождённая своим рыцарем взволнованная Матильда. Кандалы буквально рассыпались под воздействием волшбы, пальчики зацелованы, жалостливое: «Ай, больно!» при прикосновении к пострадавшей кисти утонуло в нежном поцелуе, подаренном рыжим героем. Её подняли, но она отмахнулась от настойчивого желания Николаса осмотреть её руку и обнять. Сейчас на первом месте была её госпожа. Все, кроме наёмников, собрались у жертвенника, теггирцы осматривали мёртвых преступников и оттаскивали их к стене, складывая в ряд.
— Почему кровь не останавливается? — всхлипнула Тиль глядя, как всё больше намокает повязка, наложенная герцогом, и почувствовала, как тёплые руки Михельсена успокаивающе погладили её плечи.
— Надо унести её отсюда, — подал голос Ирвин.
Дункан попытался поднять Лию, но та, закрыв глаза, издала протяжный мучительный стон, и он, запаниковав, оставил попытку.
— Я приведу лекаря, — сказал стоящий за его спиной Гарольд и побежал на выход.
— Ей холодно… почему она молчит? Её били? — Дункан бросил взгляд на горничную. Та отрицательно помотала головой, не в состоянии говорить, слёзы душили девушку. Дрожащие руки герцога порхали над телом супруги, боясь прикоснуться и сделать что-то не так или причинить ещё большее беспокойство любимой. — Родная, всё будет хорошо, ангел мой, открой глазки… Прости меня, прости, что так поздно! — он все шептал и шептал слова утешения, признания, каялся, уговаривал, а затем невесомо касался губами рта, щёк, лба, волос. Сердце сжалось в тугой комок, голос дрожал. — Боги, сжальтесь…
Берта очнулась, когда на неё завалилась обезглавленная туша здоровяка Лео. В ужасе огляделась: телами мёртвых братьев был буквально устлан весь пол пещеры, кругом кровь и отрубленные конечности. Незнакомцы в чёрных одеяниях, вытирающие оружие о бывшие когда-то серыми, а теперь окрашенные багровым балахоны, поверженных. Все, все мертвы! Нет больше Натана, нет Лео, нет Талия, нет красавчика Зига… Как это произошло?
Стараясь лежать тихо, прикрытая своим убитым любовником, женщина мысленно взывала к Готу, чтобы её не заметили, не нашли. Услышав громкий всхлип, метнула взгляд к алтарю. Группа людей стояла у камня, тихо переговариваясь и хлопоча вокруг герцогини.