Какая девушка не мечтает выйти замуж по-любви? Стоять у алтаря в белом подвенечном платье, ловить на себе восторженные взгляды гостей и полный нежности и гордости будущего мужа. — Ты выходишь замуж… Надежды, стремления Юлии рухнули после этих слов, сказанных её отцом. Можно ли смириться с судьбой? Найти настоящих друзей и полюбить старого, больного и угрюмого мужа? Маленькой хозяйке с большим сердцем суждено будет познать чувство настоящей трепетной любви к этому загадочному, порой странному и бесконечно одинокому лорду с большой тайной. Зависть, месть и даже смерть будут следовать по пятам этой супружеской пары.
Авторы: Снегирева Ирина
Вот оно, прошлое герцога Эррола, во всей красе! Не так давно стояло, а потом сидело перед Лией.
А теперь вышло вон. И надо пропустить его мимо себя, постараться не думать о тех чувствах, которые мог испытывать муж к этой фарфоровой кукле. А может быть, и до сих пор испытывает. Неприятно, обидно, досадно. Девушка тяжело вздохнула и обернулась к Жюстине.
— Подавай.
***
Леди Эррол с тоской смотрела в зеркало. Матильда суетливо крутилась вокруг хозяйки, повязывая миледи то один, то другой шарф, а потом хваталась за третий, решительно отвергая предыдущие по одной только ей понятной причине. Герцогиня расстроено вздохнула: «Никакой свободы! Даже в доме папеньки можно было пошалить, проигнорировав сердобольную нянюшку, а тут…»
— Матильда, все, хватит! Мне больно! — хрипела Юлия, в то время как пальцы служанки ловко расправляли воротник короткой шубки над шарфиком.
— Ах ты, батюшки! Но ведь замёрзнете, горло настудите! — причитала та, продолжая своё дело.
— Я мужу скажу, что ты надо мной измываешься! Кстати, герцог так и не прислал ничего? Даже записки? — подозрительный тон был смешан с капелькой каприза.
— Ничего, Ваша светлость, совершенно ничего. Ох! — служанка склонилась, только сейчас обратив внимание на ноги Юлии в синих вязаных штанишках. — А почему не в чёрных? Тех, что я связала на прошлой неделе специально для вас? Они гораздо теплее!
— Они мне малы, — сквозь зубы ответила Лия, не желая обсуждать с Матильдой собственный гардероб. Хорошо хоть служанка нижнее белье не вяжет крючком — с этой станется!
— А я их надвяжу. И когда это вы вырасти успели? — запричитала Тильда, возмущённо оглядывая стройную фигуру госпожи.
О страсти горничной к вязанию знал весь замок. В полосатых гольфах «от Матильды» бегали и служанки, и поварята. Бережливые хозяйки распускали старые вещи отдавали мастерице для новых шедевров. Комнатка горничной напоминала порой склад пряжи — мотки шерсти хранились и в большом сундуке, и в корзинах, и рядком на подоконнике. Знала бы моль, где её счастье!
– Я их подарила той дворовой девочке с хвостиками. Кстати, одноногий мужчина – это её отец? А где же мать? – Лия поспешила отвлечь служанку разговорами от темы «упакуй герцогиню» и, кажется, ей это удалось.
– Не отец… – Девушка присела на ближайший стул, сцепив руки замком на коленях, с грустью начала свой рассказ. – У Аники родители однажды в город поехали, не знаю, по какой надобности девчонку взяли с собой. Обвалы в горах и сейчас нередки, а в то время так вообще, раз в неделю – просто обязательно. Так и завалило их, сердешных, под камнепад попали. А дитя-то чудом живое осталось. Хорошо, что в замке их хватился брат отца девочки – одноногий истопник Фил, он и забил тревогу, что не вернулись вовремя люди. Кинулись искать. Так вот и наткнулись на семейную пару. Мёртвую, конечно. И маленькую девочку, что родители зажали промеж собой. Аника оказалась живучей, на радость истопнику. Он одинокий – она, считай, сирота. Так и живут.
– Матильда, вот и свяжи ей свитерок или кофточку. И варежки тоже, две пары!
– Свяжу, конечно, добрая Вы у нас, хозяюшка. Мы, дворовые, им помогаем, как можем. Мужику одному девочку воспитывать сложно, то ли дело была бы мать жива. Ой, – всплеснула руками горничная, – да вы сейчас взмокнете! А потом простудитесь! А герцог мне за это спасибо не скажет! А все гости уже там, шампанское дармовое распивают и конфетами закусывают! А вы все скучаете да мои истории слушаете!
– Тогда на улицу, – подхватилась Юлия и быстро выскочила из покоев, опасаясь, что Матильда вспомнит ещё про какой-нибудь тёплый предмет гардероба.
– Ваша светлость, а варежки-то, варежки забыли! Ручки замёрзнут! – летело вслед молодой леди.
***
Темный переход в эту ночь был освещен одним единственным факелом, отбрасывающим блики на стены далеко по обе стороны от себя. Если бы в это время сюда кто-нибудь забрел, то обязательно наткнулся бы на две подозрительные фигуры, тихо о чем-то переговаривающиеся…
— Ну, хоть пять капель, Том, никто не узнает!
— Не могу.
— Пожалуйста…
— Да пойми ты, если прознает учитель, он с меня три шкуры сдерет!
— А ты разбавь чем-нибудь… Ой, да что я тебя учу! Томас, миленький, ну очень надо.
Девушка протянула мальчишке маленький флакончик.
Даже прижатый к стенке твердой рукой Томас Хейли колебался.
— А что мне за это будет? — хитро сощурился прохиндей.
