Какая девушка не мечтает выйти замуж по-любви? Стоять у алтаря в белом подвенечном платье, ловить на себе восторженные взгляды гостей и полный нежности и гордости будущего мужа. — Ты выходишь замуж… Надежды, стремления Юлии рухнули после этих слов, сказанных её отцом. Можно ли смириться с судьбой? Найти настоящих друзей и полюбить старого, больного и угрюмого мужа? Маленькой хозяйке с большим сердцем суждено будет познать чувство настоящей трепетной любви к этому загадочному, порой странному и бесконечно одинокому лорду с большой тайной. Зависть, месть и даже смерть будут следовать по пятам этой супружеской пары.
Авторы: Снегирева Ирина
вскочили в седло, кучер стегнул лошадей, и вся компания тронулась в путь.
— Как прошло плавание? — задал вопрос Дункан, подавая путешественнику фляжку с бренди. — Пей, согреешься.
— Сурово. Попали в небольшой шторм неделю назад. Но моя красавица — молодец! Выдержала это небольшое испытание. Думаю, выдержит бурю и пострашнее, но придётся ждать весны, чтобы убедиться в этом. Не сегодня — завтра море покроется льдом. А как у вас? Ах, да, ты же женился! Кто она? Что ты удивляешься? Мне Ирвин весточку прислал, так что я немного в курсе дел его соседа.
Хозяин замка Шгрив, вспомнив зелёные глаза и копну рыжих волос, мягко усмехнулся, бросив взгляд в окно. Поднимались на перевал. От снега слезились глаза. Кучер знал своё дело — управлял четвёркой гнедых, не торопя их, придерживаясь отвесной скалы на довольно широкой горной дороге.
— Ангел. Мой ангел… Но давай о деле. Ты что-нибудь узнал?
— Узнать не узнал, но кое-что везу. Полный сундук свитков, собственноручно нарытых на раскопках древнего храма. Не спрашивай, как мне это удалось. Скажу только, что драпать по пескам от аборигенов, рискуя поймать задним местом стрелу с ядом — то ещё удовольствие!
— Расскажешь? — Дункан смотрел на веселящегося товарища, и из сердца уходила боль от переживаний за этого умного и смелого мужчину. — Я тебе безмерно благодарен, Гарольд. За поддержку, за помощь… Ты не обязан был…
— Вот ещё! — перебил излияния друга лорд Харук. — Если бы ты видел, в каких местах я побывал, каких женщин обнимал, какие вина пил, яства ел… А какие там бани!
— Да и боги с ними! Я рад, что ты дома! С нами! — не сдержал эмоций Эррол и вдруг напрягся. Вокруг кареты стало твориться что-то невообразимое. Бесновались под наемниками лошади, вставая на дыбы, кричали люди, пытаясь успокоить животных. Карета дёрнулась и встала. Сквозь свист и окрики теггирцев где-то в вышине раздался глухой нарастающий гул, грозивший перерасти в грохот. Безмолвные горы словно ожили. Сверху на них посыпалась снежная пыль, и кто-то забарабанил в окно к господам, выкрикивая:
— Лавина!
Жил на свете Леон.
Малый очень был смел.
И влюбился в Жаклин,
Заболел, похудел.
Но весёлая Мэг,
Что жила у реки
Подсказала: «Дурак,
Познакомься, поди!»
Приодев «каблуки»
И поправив сюртук,
Он отправился к той,
В дверь стучался: «тук-тук».
Но в ответ — тишина.
Где красотка моя?
Скоро ночь на дворе,
Где же носит тебя?
Смех раздался вдали,
Встрепенулся Леон.
Будет милой сюрприз–
За дом спрятался он.
А Жаклин провожал
Отставной генерал.
Целовал, миловал
И подол задирал.
Бросив розы в кусты,
Пнув от злости бутон,
Леон вспомнил о Мэг–
Ну и дурень же он!
— Браво, Матильда! — раздались хлопки. И девушка от неожиданности ойкнула и опасно забалансировала на шаткой лесенке, на которой стояла в этот момент, расправляя портьеры в гостиной госпожи.
— Ваша светлость, вы меня напугали! — с укором ответила она Юлии. Герцогиня, привлечённая пением, доносящимся из её покоев, завернула леди Антор, с которой направлялась на прогулку, к своим комнатам. И сейчас обе дамы стояли в дверях, смущая горничную пристальным вниманием.
— У тебя хороший голос! — похвалила смущённую Тильду Юлия. От комплимента служанка ещё больше покраснела. — Что ты пела?
— Ну что вы, хозяюшка, какой там голос! Меня даже в церковный хор не взяли когда-то. Сказали, что с таким голосом только указы на площадях выкрикивать. Да и песня… так, деревенская, слышала когда-то.
— Ну, не будем тебе мешать. Идёмте, Августа, — улыбнулась Лия и потянула подругу из помещения. А графиня, уже шагнув из комнаты, вдруг обернулась и с нескрываемым любопытством спросила у «певицы»:
— А что там было про подол? — и, не дожидаясь ответа, поспешила за молодой девушкой, громко возмущаясь, — Нет, ну каков нахал!
По коридору разнёсся заразительный смех герцогини Эррол.
— Вы знаете, я хотела бы вам показать одну вещицу… точнее дневник, который недавно обнаружила. Только не спрашивайте где. Мне до сих пор от воспоминаний, при каких обстоятельствах была сделана эта находка, становится дурно. Странный дневник. Старый. Непонятные то ли руны, то ли письмена и рисунки… тоже странные. Может быть, вы знаете, что это за язык, и мы вместе попробуем его прочитать?
Дамы шли по парку, наслаждаясь хорошей погодой, беседой и обществом друг друга.
— Очень интересно.
