Какая девушка не мечтает выйти замуж по-любви? Стоять у алтаря в белом подвенечном платье, ловить на себе восторженные взгляды гостей и полный нежности и гордости будущего мужа. — Ты выходишь замуж… Надежды, стремления Юлии рухнули после этих слов, сказанных её отцом. Можно ли смириться с судьбой? Найти настоящих друзей и полюбить старого, больного и угрюмого мужа? Маленькой хозяйке с большим сердцем суждено будет познать чувство настоящей трепетной любви к этому загадочному, порой странному и бесконечно одинокому лорду с большой тайной. Зависть, месть и даже смерть будут следовать по пятам этой супружеской пары.
Авторы: Снегирева Ирина
к Юлии.
— Разрешите представиться — граф Гарольд Харук. Я был с вашим мужем, когда все произошло. Леди, предлагаю пройти в гостиную, где можно обстоятельно поговорить. Давайте позволим лекарю спокойно делать его работу.
Девушка молчала, глядя, как врачеватель с прибежавшим на помощь учеником, вооружившись большими ножницами — секатором, разрезают сапоги на ногах её мужа. Видя невменяемость хозяйки, Матильда решительно подошла к столику, на который Томас выставлял из лекарской сумки микстуры и мази. Горничная перебрала несколько скляночек и, выбрав нужную, сунула её под нос госпожи. Лия отпрянула, приходя в себя от резкого запаха, и непонимающе уставилась на его сиятельство.
— Вы кто? — недоуменно спросила она, а затем перевела взгляд на мужа и, кажется, начала понимать весь кошмар происходящего. Её стало трясти. Гарольд подхватил герцогиню, вывел в соседнюю комнату и усадил в кресло у горящего камина.
Закутанную в тёплый плед Юлию отпаивали горячим травяным отваром. Мужчина сидел напротив, сочувствующе поглядывая на девушку, и потягивал какое-то другое горячительное, предложенное Вирошем Данкином.
— Мне очень жаль, что нам пришлось познакомиться при таких печальных обстоятельствах, — тихо сказал друг герцога. После того как он убедился, что Юлия в состоянии понимать, о чём ей говорят, Харук коротко поведал, что произошло на перевале.
— Мы потеряли под лавиной троих человек. Потеряли бы и вашего мужа, если б он успел выскочить из кареты, как собирался. Лошадей и экипаж вместе с нами закрутило в снежном водовороте, а потом с огромной скоростью потащило по склону вниз. Выбило окна… корпус стало сминать под тяжестью снежной массы и от ударов о твёрдый наст, по которому нас несло… И тут, видно, богам было мало посланных на нас испытаний, короб кареты со всей силы ударило о каменный валун, стоявший на пути… Заднюю стенку разнесло в щепки, и Дункана выбросило наружу… Мне очень жаль.
Лия подняла на лорда глаза, полные отчаяния, и прошептала:
— Мне страшно. Скажите, что с ним всё будет хорошо. Скажите!
Граф тяжело вздохнул. Лгать не было сил, но и правду сказать он не мог. Гарольд видел, во что превратилось тело Дункана, когда герцога вытащили из-под снега. Три обоза были вынуждены прервать свой путь из-за сошедшей лавины. Люди кинулись на выручку несчастным, которым не повезло оказаться жертвами коварных гор. Самого Харука вытащили из покорёженной кареты, каким-то чудом вынесенной на поверхность во время той страшной мясорубки, с синяками по всему телу, вывихнутым предплечьем и сломанным мизинцем на правой руке. Эррола откопали последним, и то сумели его обнаружить лишь с помощью какого-то мага, сопровождавшего торговый караван из порта Винкол. Ещё трое парней из охраны и семь лошадей навечно остались погребёнными под снегом перевала Селла.
— Я всегда реально стараюсь смотреть на вещи, и мне совсем не хочется вас обманывать и давать ложную надежду… Посмотрим, что скажет лекарь. Нам придётся немного подождать.
— Что вы пьёте? — неожиданно спросила Юлия.
— Э-э-э, не знаю, как называется эта штука, — Гарольд покрутил в руках бокал с чем-то мутным, жёлтого оттенка, — ваш секретарь порекомендовал, сказал, что это хорошее лекарство от стресса.
— Дайте и мне, — герцогиня протянула руку, и Харук растерялся.
— Вам сделается дурно, леди, не стоит…
Юлия почувствовала, как волна гнева начинает подниматься откуда-то из самых глубин её души. Да такая волна, о которой герцогиня и не подозревала! Лия и представить не могла, что в ней таится нечто подобное!
— Налейте! — зелёные глаза сверкнули на лорда. И тот, глядя на преобразившуюся герцогиню, потерял всякое соображение от непререкаемо властного тона. И ещё он понял одну вещь, вот прямо сейчас, в эту минуту, в этом кресле, в этой комнате… его накрыло! Лишило воздуха и здравого смысла — ему больше, чем «просто понравилась» чужая жена…
Никого не надо было звать специально. Гости молча, с напряжёнными лицами, собирались в покоях Его светлости, занимая все диванчики, пуфики и кресла. Один Бурже стоял у окна, вглядываясь в вечереющее небо и о чем-то сосредоточенно размышляя. Это было видно по тому, как он морщил лоб или начинал играть желваками. Все ждали вердикта лекаря.
Открылась дверь, из неё выбежал Томас и скрылся в коридоре. Следом появился Кален. Все присутствующие подались навстречу.
— М — да, вот уж не знаю, под какой звездой родился лорд, но… Думаю, не так все страшно, как выглядит на первый взгляд, — начал он, крутя в руках трубочку для прослушивания сердца и лёгких. — Множественные вывихи и переломы конечностей, ушиб головного мозга
