Какая девушка не мечтает выйти замуж по-любви? Стоять у алтаря в белом подвенечном платье, ловить на себе восторженные взгляды гостей и полный нежности и гордости будущего мужа. — Ты выходишь замуж… Надежды, стремления Юлии рухнули после этих слов, сказанных её отцом. Можно ли смириться с судьбой? Найти настоящих друзей и полюбить старого, больного и угрюмого мужа? Маленькой хозяйке с большим сердцем суждено будет познать чувство настоящей трепетной любви к этому загадочному, порой странному и бесконечно одинокому лорду с большой тайной. Зависть, месть и даже смерть будут следовать по пятам этой супружеской пары.
Авторы: Снегирева Ирина
что не заметила, как исписала все листы и незаметно перешла на первую попавшуюся белую поверхность…
Так и застали её утром — свернувшуюся в клубочек под боком у мужа.
Медленно выныривая из сна, герцогиня услышала отчаянный спор двух мужчин. Шёпотом!
— Погоди-погоди, вот это птичка!
— Не согласен! Это на афаки — буква «К»!
— Поспорю с тобой, при чём здесь афаки и дракон?
— Да ты посмотри сам, здесь смешение языков трёх рас! Все может быть… О, ты погляди на живот — это же курумские письмена! А эта монограмма?!
— Кричи шёпотом, разбудишь. Эта твоя монограмма больше похожа на человеческий мозг.
Юлия сквозь опущенные веки наблюдала, как два лорда, склонившись над больным, с интересом изучают её ночные художества.
— Кра — ка… кра — ку… кри — ке…
— Ты сейчас произносишь какое-то страшное заклинание?
— Смейся, смейся. Гляди-ка, что-то прорисовывается… Не могу понять, при чём тут дракон? А вот здесь, на груди, очень напоминает сплетение рук… или ног, не разберу.
— Где? Больше похоже на мужские копья.
— Это ты так детородные органы обозвал? Ты невозможен!
У девушки от возмущения даже глаза широко открылись, ведь она этого не рисовала!
— Возможен, возможен… Не смотри так на меня! Это ты у нас полмира объехал, тебе видней. Путешественник.
— Поразительно, эта девочка практически перевела древний язык курумов!
— Да, но только отдельные слова. Ты сам знаешь, что собрать воедино, чтобы что-то прочесть, ещё никому не удавалось.
— Мне бы достать из-под снега сундук…
— Дам я тебе людей и мага в помощь. У меня их теперь на любой вкус и цвет в подвалах замка… Доброе утро, Ваша светлость!
Лорд Бреун с лёгкой улыбкой приветствовал Лию, заметив пробуждение хозяйки замка Шгрив.
— Простите нас, что мы вот так бесцеремонно ворвались к вам, но волнение за друга победило чувство такта.
Пока Ирвин расшаркивался в извинениях перед герцогиней, граф Харук продолжал исследовать с помощью лупы гипс на руке Эррола, исписанный какими-то загогулинами.
— Я бы хотела подняться, господа, — девушка с облегчением заметила, что так и уснула одетой в домашнее платье, перебравшись на кровать к супругу.
— Конечно. Уже уходим. Гарольд! — Бреун дёрнул за рукав графа.
Тот вскинул голову и встретился с зелёными глазами. Красавица? Несомненно. И лорд по-мужски вдруг осознал, что между Юлией и Ивон большая пропасть. Нежность девушки была неподкупной, взгляд, что она бросила на Дункана, слишком чистый. Повезло ли другу? Скорее да, чем нет. Под взглядом герцогини он вдруг растерялся, и стал не глядя суетливо запихивать оптику в карман сюртука. Предмет сопротивлялся и не хотел помещаться в узкой прорези.
— Да-да, уже уходим… Считайте, что нас уже нет… А позвольте спросить, откуда у вас этот дневник? — Харук взял с прикроватного столика кожаную тетрадь.
— Гарольд! — герцог уже схватил друга под руку и потащил его к выходу из спальни. — Позже встретишься с леди Юлией и обо всём расспросишь, — шипел сквозь зубы мужчина.
— Пленяющая, вы даже со сна прекрасны… — успел тихо сказать граф Харук, прежде чем за ними закрылась дверь.
— Что? — удивлённо моргнула герцогиня.
— Что? — Ирвин остановился.
С кровати раздался вздох и усталое, но воинственное:
— Я убью его!
— С прибытием! — прохрипел герцог Эррол, глядя, как за любимой прикрылась дверь. — Это что за гость?
— Лекарство, — отозвался Бреун, тряхнув головой. — Что-то портал слишком гремучим оказался, не иначе погода сменяется. Как ты, друг?
— Живой пока, — силясь улыбнуться, ответил пострадавший. — Рад тебя видеть.
Молодой еще маг-целитель из отшельников, привезённый из замка Гинтор, со связанными руками стоял перед кроватью с Дунканом и гневно сверкал глазами на лорда Бреуна. От него требовалось влить силу в пострадавшего. Всю силу! Весь свой оставшийся резерв целительной магии! Взамен ему пообещали отменить предстоящую магу смертную казнь.
— Снимите это, — показал целитель на связанные верёвками запястья.
Два теггирца, стоящие за спиной у пленного, напряглись. Ирвин усмехнулся и прорычал, подойдя вплотную к мужчине.
— Только одно неверное движение и не сносить тебе головы… И ещё парочке таких же твоих ублюдков-дружков из моей «коллекции». Подумай о них, — с этими словами герцог развязал узел и снял оковы.
Свонсон отошёл подальше от ложа, внимательно следя за действиями мага.
Позже потерявшего сознание отшельника выволокли из покоев его светлости. И через чёрный ход перетащили в крытую повозку под
