Маленькая хозяйка замка Шгрив

чёрного дракона и замер нахмурившись, погрузившись в какие-то свои думы.
Юлия, наблюдая за герцогом, боялась пошевелиться, чтобы не мешать мужу.
— Ничто так не пробуждает воспоминания, как музыка, запах и старые предметы, — его светлость горько усмехнулся, обернувшись к Лии. — Воспоминания — удивительная штука, милая, согревают изнутри и тут же рвут душу на части. Это были комнаты моего отца. После смерти матери…
Девушка, сопереживая и сочувствуя, уже хотела подойти к Эрролу, как тот тряхнул головой, будто прогоняя навязчивые видения. Затем обратился к Вирошу, стоящему в дверном проёме, за спиной которого столпились другие слуги.
— Найди лампу или факел, пойдём смотреть пристанище призраков. — И уже своему ангелу, — ты со мной?
— Конечно! — услышал уверенный ответ.
Дункан кивнул и, протянув руку жене, нашёл глазами Патерсона, выглядывавшего из-за плеча секретаря.
— Давай, парень, открывай!
Мальчишка нерешительно подошёл к камину и нажал на сердцевину крупного цветка в лепнине гипсового декора. Раздался механический скрежет, и часть стены ушла куда-то вбок, открыв тёмный зияющий проём в стене.

Её светлость стояла, держа в руках масляную лампу, и наблюдала, как пятеро мужчин, кое-как закрепив пару факелов на каких-то крюках, исследуют каждый камень и выступ, каждую балку и углубление в стенах потайного хода.
После того как поварёнок поведал о таинственной незнакомке, которой не посчастливилось встретиться с рогами Файки в тёмном проходе, и её подозрительных действиях, герцог приказал обыскать каждый уголок этого места. И сам же принял в том активное участие. Юлии же было дано важное задание — стоять на месте и держать лампу!
После безрезультатных часовых поисков лорд Эррол дал людям распоряжение покинуть секретный лаз, коим он уже не являлся. И только выйдя на улицу, вздохнул с облегчением, глотнув свежего воздуха.
— Вызывай Дринка, — кивнул он Данкину, признавая своё поражение.

Среди ночи Лию разбудил неясный шум за пределами её комнат. Накинув халат и сунув ноги в домашние туфли, она выглянула за дверь. Голоса и громкий смех доносились из холла первого этажа. Озадаченная чьим-то ночным визитом, она прошла к лестнице и, остановившись на неосвещённой площадке, с удивлением рассматривала десятерых прибывших мужчин. Его светлость стоял спиной к ней и переговаривался с двумя, в шубах с длинным ворсом. Одного она узнала сразу. Ирвин Бреун говорил громко и эмоционально, что-то рассказывая её лорду. Остальные, все в чёрном, припорошённые снегом, толпились чуть в стороне, рядом с большим кованым сундуком. Там же, внизу, Жюстина уже давала распоряжения заспанным горничным, а дворецкий, с опаской поглядывая на наёмников, шикал на поломойку, слишком активно махавшую шваброй, вытирая с пола растаявший снег, принесённый долгожданными гостями.
Вдруг второй из собеседников мужа резко вскинул голову и в упор посмотрел на маленькую хозяйку. Гарольд! Юлия смущённо улыбнулась и, оставаясь в тени, кивнула в знак приветствия лорду Харуку. Оттуда она показалась его сиятельству воздушной, полупрозрачной феей в белом, окружённой сумраком. Он так и стоял, устремив наверх глаза, боясь их отвести или моргнуть, страшась, что видение исчезнет. Дункан что-то сказал другу и, не дождавшись ответа, оглянулся. Увидев причину его ступора, послал супруге хмурый взгляд. Девушка сделала два шага назад и, «утонув» в глубине лестничной площадки, показала мужу язык, зная наверняка, что её не увидят. Потом, подхватив полы халата, кинулась к себе, радуясь, что друзья супруга наконец вернулись живыми и невредимыми.

За завтраком хмурый герцог задумчиво наблюдал за женой, которая, находясь в хорошем настроении, оживлённо беседовала с Гарольдом. А у того вдруг проснулось неконтролируемое красноречие! Ирвин тоже с удовольствием поддерживал разговор, посвящая девушку в детали их путешествия на перевал Селла. Об одном только лорды слаженно молчали — об использовании двух магов-отшельников, которые этой же ночью были доставлены обратно в свои камеры в замке Гинтор. Дункан и сам себе не мог бы сейчас объяснить причину своего недовольства. Коктейль из эмоций, что бушевал в его душе, сделал из гостеприимного хозяина угрюмого собственника: ревность, обида, зависть. Не много ли внимания она уделяет графу? На него самого посмотрела от силы два раза! Конечно, эти двое всегда были отличными рассказчиками! Видя, как загорелись глаза его ангела при упоминании Харука о добытых не совсем честным путём свитках, Эррол заметно повеселел. Ему пришла в голову замечательная идея — привлечь и Юлию к исследованиям старых записей. Помнится, у неё где-то был