вашу заботу, но думаю, здесь мне не грозит опасность попасть под удар. Я уже решил не выводить Глипа из дому, пока все не утрясется. Нет смысла искушать судьбу.
Это было по крайней мере частично правдой. На самом-то деле я решил, что мне неохота давать Топору возможность нанести мне удар через моего зверька. И нечего подливать масло в огонь, Ааз и без того уже достаточно жаловался на житье в одном доме с драконом. Конечно, если мои подозрения верны и Банни действительно была Топором…
— Лучше перебдеть, чем сожалеть… и вы не ответили на мой вопрос. Хотите, я прижучу вам дракона?
Логика моих телохранителей иногда совершенно до меня не доходит.
— Нет. Я имею в виду, зачем тебе прижучивать Глипа? Он же ящер, а не насекомое.
Нунцио закатил глаза.
— Я не имею в виду, прижучить его, словно он и в самом деле жук. Я имею в виду, хотите, я немного отделаю его? Ну, знаете, малость задам ему перцу. Я не суюсь в дела между вами и вашим партнером, но вы не должны терпеть таких выходок от дракона.
— Он просто проявлял дружелюбие.
— Дружелюбие, шмендролюбие. Судя по всему, что я видел, вам больше грозит опасность быть пришибленным собственным зверьком, чем любым другим, кого я видел на Базаре. Я всего лишь прошу позволить мне выполнять свою работу… мне, знаете, полагается охранять ваше тело. Вот отсюда-то моя должность и получила свое высокое название.
На меня уж не в первый раз произвела впечатление преданность Нунцио своей работе. На мгновение у меня возникло искушение разрешить ему сделать, что ему хотелось. Однако в последнюю минуту в голове у меня промелькнул образ того, как мой здоровенный телохранитель и дракон с воодушевлением борются посреди сада.
— Э-э-э… спасибо, но, думаю, я как-нибудь переживу, Нунцио. Глип может иногда стать занозой, но мне в своем роде нравится, когда он иной раз скачет вокруг меня. Благодаря этому я чувствую себя любимым. Кроме того, я не хотел бы, чтоб он пострадал… или ты, если уж на то пошло.
— Скакать вокруг вас — это одно дело. А делать это, когда вам того не хочется, нечто совсем иное. Окромя того, он у меня не пострадает. Я просто… вот давайте, я вам покажу!
И прежде чем я успел его остановить, он очутился на ногах и принял перед драконом стойку, широко расставив ноги и полусогнув их.
— Подь сюда, Глип. Давай, парень.
Мой зверек резко оглянулся, а затем прыгнул к тому, кого он счел новым товарищем по играм.
— Нунцио, я…
Как раз в тот миг, когда дракон добрался до него, мой телохранитель поднял руку ладонью вперед.
— Глип, стой! Сидеть! Я сказал, сидеть!
Случившееся вслед за тем мне пришлось реконструировать позже, прокрутив опять ленту памяти, настолько быстро все произошло.
Рука Нунцио молниеносно метнулась вперед и сомкнулась на морде Глипа. Он рывком опустил ему нос, пока тот не очутился под головой моего зверька, а затем резко толкнул вверх.
Не закончив шага, задние ноги дракона упали в сидячее положение, и он остановился, не переставая недоуменно хлопать ресницами.
— А теперь, место. Место!!
Мой телохранитель осторожно разжал руку и шагнул назад, держа ладонь плашмя перед мордой моего зверька.
Глип слегка задрожал, но не шелохнулся, сохраняя сидячее положение.
— Видите, Босс? Теперь будет помнить, — крикнул, не оборачиваясь, Нунцио. — Просто надо быть с ним потверже.
Я вдруг осознал, что моя челюсть у меня отвисла чуть не до колен.
— Что… это невероятно, Нунцио! Как ты… что ты…
— Полагаю, вы и не знали, — усмехнулся он. — Я одно время работал укротителем зверей… по большей части опасных, для представлений, понимаете, что я имею в виду?
— Укротителем зверей?
— Да. Это казалось логичным продолжением карьеры школьного учителя… только тут не приходилось беспокоиться о родителях.
Мне пришлось сесть. Демонстрацией своего умения с Глипом и внезапными откровениями о своем прошлом Нунцио подверг мой мозг серьезной перегрузке.
— Укротитель зверей и школьный учитель.
— Совершенно верно. Слушайте, хотите, я еще немного поработаю с вашим драконом теперь, когда он успокоился?
— Нет. Дай ему немного побегать. Ему полагается сейчас выгуливаться.
— Вы — Босс.
Он повернулся к Глипу и резко хлопнул в ладоши. Дракон отпрыгнул назад и припал к земле, готовый поиграть.
— Лови, парень!
Двигаясь на диво убедительно, телохранитель подобрал с земли воображаемый мяч и притворно бросил его в противоположный конец сада.
Глип круто развернулся и дунул в направлении «броска», расплющив по пути скамейку и два куста.
— Просто изумительно, — пробормотал я.
— Я не хотел вмешиваться, —