Маленькое одолжение

пустые ладони.
Майкл кивнул Томасу.
— Загоняйте машину за дом. Сугробы заслонят ее от посторонних глаз.
— Спасибо, Майкл, — сказал я.
Он мотнул головой.
— В мастерской есть обогреватель и пара раскладушек. Детей я подставлять под это не хочу.
— Я понимаю.
— Правда? — мягко спросил Майкл. Он легонько похлопал по искореженному капоту пикапа и махнул рукой, давая Томасу знак проезжать.
Спустя двадцать минут мы все расположились в теплой, хотя и немного тесноватой мастерской Майкла.
Гард лежала на раскладушке; лицо ее розовело буквально на глазах. Хендрикс сидел, привалившись спиной к стене рядом с ее раскладушкой — предположительно охраняя ее, но периодически всхрапывая. Саня ушел в дом и там готовил нам что-нибудь поесть.
Я наблюдал за тем, как Майкл, чуть слышно бормоча слова молитвы, заворачивает динарий Акариила в чистый белый платок с вышитым на нем серебряным крестом. Затем он сунул платок в небольшой деревянный ларец — тоже украшенный серебряным крестом.
— Прошу прощения, — произнес он. — Нужно было обезвредить это.
— Где они хранят эти штуки? — поинтересовался Томас, когда Майкл вышел.
Я пожал плечами.
— Возможно, в каком-нибудь большом складе с миллионом одинаковых ларцов.
Томас фыркнул.
— Даже не думай, — сказал я. — Не стоит, правда.
Томас провел рукой в перчатке по белому шарфу.
— Правда?
— Ты сам видел, как орудуют эти твари. Они манипулируют твоими эмоциями и самоконтролем — и с Жюстиной случится что-нибудь плохое. Или они дождутся, пока не подсекут тебя, посадят на крючок и не выдернут из воды — в общем, пока не превратят тебя в свою марионетку, только из костей и плоти. И с Жюстиной случится что-нибудь плохое.
Томас пожал плечами.
— У меня в голове и так уже есть один демон. Один или два — велика разница?
Я внимательно посмотрел на его профиль.
— Да, один монстр у тебя в голове уже есть, — согласился я. — И это едва не стоило ей жизни.
Минуту он молчал. Потом с досадой врезал локтем по деревянной стене мастерской. Треснуло дерево, и в отверстие ворвался поток холодного воздуха.
— Может, ты и прав, — произнес он упавшим голосом.
— Будь я проклят, — сказал я. В голове моей созрела одна мысль, от которой мне сделалось не по себе.
Томас потер ушибленный локоть.
— Чего?
— Мысль одна… на редкость неприятная, — я махнул рукой в сторону изможденных гвардейцев Марконе. — Боюсь, динарианцы захватили Марконе вовсе не для того, чтобы стереть его в порошок в назидание остальным.
Брат пожал плечами.
— Тогда кой черт они это сделали?
Я прикусил губу, с такой силой свело судорогой мой желудок.
— Затем, — сказал я, что они, возможно, хотят завербовать его.

Томас остался охранять наших спящих красавиц, а я отправился к Карпентерам на кухню потолковать с Майклом и Саней.
Я выложил им все карты до последней. См. выше насчет целесообразности попыток врать Рыцарям Креста — ну, и даже без этого оба более чем заслуживали моего доверия. Рассказ не отнял у меня много времени.
— Поэтому, — закончил я, — мне кажется, нам нужно действовать быстро, чтобы выдернуть Марконе, пока его не принудили вступить в клуб.
Майкл нахмурился и сложил свои тяжелые, натруженные ручищи на столе перед собой.
— Что заставляет вас считать, что Марконе ответит им отказом?
— Марконе ублюдок, — кивнул я. — Но ублюдок независимый. Он не согласится работать ни на кого.
— Вы уверены? — спросил Саня, тоже задумчиво хмуря брови.
— Угу, — сказал я. — Мне кажется, именно поэтому они хотели захватить Хендрикса и Гард, а не убить их. Так они могли заставить его принять монету — угрожая убить его людей.
— Они очень редко используют такую тактику, — буркнул Майкл.
— Но не Тесса, — убежденно возразил Саня. — Она предпочитает выискивать тех, у которых уже имеется повод принять монету. Потенциальные таланты новобранца значат для нее меньше, чем примитивная страсть.
Майкл принял этот аргумент кивком головы.
— Из чего следует, что распоряжается не Тесса.
Саня блеснул зубами в свирепой ухмылке.
— Никодимус здесь.
— Бл… — начал я, но покосился на Майкла и смягчил выражение. — Блин-тарарам. В прошлое свое посещение Никодимус едва не укокошил нас всех. И он убил Широ.
Оба рыцаря кивнули. Майкл склонил голову и пробормотал короткую молитву.
— Ребята, — произнес я. — Я знаю, что инстинкты требуют от вас бдить в ночной тиши, подставлять другую щеку и все такое.