Маленькое одолжение

время: сначала нужно не дать маленькой девочке убить меня.
— Я не имею ни малейшего представления о том, кто прислал сюда этих тварей, — негромко произнес я.
Долгую, бесконечно долгую секунду Архив смотрела на меня. Потом этот древний, непроницаемый взгляд переместился на Майкла.
— Сэр Рыцарь, — сказала она вежливо. — Вы согласны поручиться за этого человека?
Может, мне только показалось, что Майклу понадобилось на секунду больше, чем обычно, чтобы ответить.
— Разумеется.
Она смерила его таким же внимательным взглядом, потом кивнула.
— Мистер Дрезден, вы ведь помните моего телохранителя, Кинкейда?
— Угу, — кивнул я. Не могу сказать, чтобы голос мой выдавал избыточный энтузиазм. — Привет, крутой парень. Каким ветром занесло вас в Чикаго?
Кинкейд улыбнулся еще шире.
— Это все лилипуточка, — ответил он. — Терпеть не могу снег. Будь на то мое желание, сидел бы где-нибудь в тепле. Ну, на Гавайях, например.
— Я не лилипутка, — тоном решительного неодобрения заявила Архив. — Я укладываюсь в семидесятипроцентный перцентиль роста для моего возраста. И хватит поддразнивать его.
— Лилипуточка не умеет развлекаться, — объяснил Кинкейд. — Я пытался уговорить ее записаться в отряд скаутов, но ей это не понравилось.
— Если мне захочется липких макарон на бумажной тарелке, я могу приготовить их и дома, — сказала Архив. — Мне уже несколько часов как пора спать, и у меня нет ни малейшего желания общаться с местной полицией. Нам нужно уходить, — она хмуро посмотрела на Кинкейда. — Совершенно очевидно, наши перемещения контролируются. Наши обычные апартаменты, возможно, небезопасны, — она перевела взгляд обратно на меня. — Я официально прошу гостеприимства у Белого Совета до тех пор, пока мы не найдем безопасного жилья.
— Э… — отозвался я.
Люччо сделала движение рукой, настаивая, чтобы я согласился.
— Разумеется, — сказал я, еще раз поклонившись Архиву.
— Отлично, — кивнула Архив и повернулась к Кинкейду. — Я промокла насквозь. Мое пальто и сухая одежда в сумке, в поезде. Они мне нужны.
Кинкейд скептически покосился на меня, но спорить с Архивом не стал. Вместо этого он повернулся и быстро исчез на лестнице.
Архив повернулась ко мне.
— С учетом погоды и состояния дорог спасательные службы начнут прибывать через три минуты. Для нас всех будет лучше к этому времени уехать.
— Не могу не согласиться, — кивнул я и поморщился. — Кто бы это ни совершил, он сильно рискует, делая это громко и на людях.
На мгновение не совсем человеческий взгляд Архива пробуравил меня насквозь.
— События могут принять гораздо худший оборот, нежели сейчас, — сказала она. — Я боюсь, что наши неприятности только еще начинаются.

Увидев зияющее отверстие, оставленное Крошкой бебекой в восточной стене Юнион-Стейшн, Майкл застыл на месте.
— Боже милосердный! — выдохнул он. — Гарри, что здесь произошло?
— Небольшая проблема, — ответил я.
— Вы мне ничего не сказали.
— Вид у вас был занятый, — сказал я. — Ну, и потом у вас уже имелось пара сотен нехороших парней, чтобы с ними справляться, — я мотнул головой в сторону пролома. — А у меня всего один.
Майкл задумчиво покачал головой, и я заметил как Люччо тоже косится на пролом с чем-то вроде легкой тревоги на лице.
— Но вы с ним справились? — спросил Майкл.
Люччо, склонив голову набок, посмотрела на Майкла, потом — пристально — на меня.
— Разумеется, — как мог невозмутимее ответил я. Потом повернулся на пятках и свистнул. — Мыш!
Мокрый насквозь, но полный энтузиазма пес, громко шлепая лапами по залитому водой мраморному полу, вылетел из кассового зала и понесся к нам. Он затормозил с легким юзом, подняв волну, которая с верхом захлестнула мои башмаки. Архив с интересом посмотрела на Мыша и шагнула в его сторону — но дальше ее не пустил Кинкейд, положив руку ей на плечо.
Майкл посмотрел на девочку, потом на собаку и нахмурился.
— Есть, — произнес он, — еще одна проблема.
В кабине Майклова пикапа только три кресла.
Мы все промокли до костей, и времени высохнуть или переодеться до прибытия полиции у нас не оставалось. По дороге к гаражу я поймал на себе не один не то, чтобы слишком дружелюбный взгляд — после того как я объяснил, что это я привел в действие систему пожаротушения. На мой взгляд, это не совсем справедливо, и в конце концов, никто не может обвинить меня в том, что я не испытывал на себе последствий этого наравне с остальными.
Возможно, Архив и ребенок вроде жутковатого