Обаятельный Вася Зайкин — неуловимый брачный аферист, водящий за нос десятки богатых женщин. Однажды, обчищая одну дамочку, он случайно прихватил очень важный документ. И вот теперь по следу Васи Зайкина идут неутомимые мошенники Лола и Маркиз, которых нанял обворованный хозяин. Связываться с профессиональными соблазнителями очень опасно: даже умница Лола едва не попалась в сети сердцееда Зайкина. Но коварство Васи — это еще цветочки по сравнению с бурным темпераментом его мамочки, настоящим Аль Капоне в юбке. Кто бы мог подумать, что неуловимым мошенникам придется соревноваться в уме и хитрости с этой хрупкой старушкой! Но эта игра так опасна, что проигравшему грозит смерть…
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
по руке, выбив из нее широкий десантный нож, и добавил сильный удар левой в ухо. Детина отлетел к стене, удивленно ахнув.
Пока он не собрался с силами и не перешел в ответное наступление, Леня вытащил из внутреннего кармана маленький плоский пистолет, щелкнул предохранителем и жизнерадостно проговорил:
— Здорово, Халява, давно не видались! О чем ты хотел со мной поговорить — о воспитании подрастающего поколения? О нашей смене, молодых, так сказать, специалистах?
— Ты… кто… такой? — спросил Халява, с трудом переводя дыхание. — Чего ты тут разнюхиваешь? Чего тебе надо, а?
— Видишь, Халява, как вредно для здоровья плохое воспитание! Если бы ты со мной сперва вежливо поздоровался, спросил, кто я такой и как меня зовут, ты бы не получил ни по уху, ни по коленке. И скажи еще спасибо, что я тебе коленку не прострелил, а то пришлось бы тебе хромать всю оставшуюся жизнь… впрочем, это совсем недолго.
— Очень умный, да? — прошипел Халява, потирая ушибленную ногу. — Рано веселишься, я до тебя еще доберусь.
— Не спеши, дорогой, — Леня усмехнулся и осторожно подошел ближе, — мне с тобой и правда поговорить надо. А тебе привет от Полукопченого. Надеюсь, знаешь такого?
— Кто же его не знает? — опасливо отозвался Халява. — Чего ж ты сразу не сказал? Я бы к тебе и близко не подошел!
— Вот видишь — сам же говоришь, что не подошел бы, а мне с тобой как раз поговорить надо. Так что все, как говорится, к лучшему. Заодно и познакомились.
— Да уж, познакомились! — Халява потер ушибленное ухо. — Ну, говори, чего тебе надо-то?
— Что, мы так и будем разговаривать в подворотне? — Маркиз огляделся по сторонам.
— Ладно, пошли, есть тут рядом один подвальчик, — Халява немного оживился и повеселел.
Они завернули за угол и увидели невзрачную вывеску «Шашлыки. Вино. Кавказская кухня». Вывеска тускло горела, время от времени призывно подмигивая несколькими неоновыми буквами. Неровные, выщербленные ступени вели к двери полуподвала.
— Ты не гляди, что так неказисто, — предупредил Халява, спускаясь по ступеням, — кормят они хорошо, два брата шашлычную держат, осетины. В мясе понимают, готовить умеют, и вино у них настоящее.
За дверью оказалось небольшое низкое помещение со сводчатыми закопченными потолками. В подвале было шумно, накурено и не слишком чисто. Публика присутствовала соответствующая — мелкие неудачливые братки и их крикливые, неумеренно накрашенные подружки. Халява уверенно прошел к свободному столику в углу и уселся за него, положив на темную столешницу тяжелые кулаки. Маркиз, опасливо оглядевшись по сторонам, сел напротив. В ту же секунду рядом со столом появился высокий смуглый мужчина с орлиным носом и шапкой густых вьющихся волос.
— Вах, кого я вижу! — воскликнул он с наигранной радостью. — Халява! Дорогой гость! Что кушать будете?
— Мяса мне, Махмуд, и побольше! — Халява потер руки. — Знаешь ведь, как я люблю!
Горец повернулся к Маркизу. Леня был не голоден и заказал чашку кофе по-турецки. Хозяин быстро удалился и скоро снова пришел, поставив на стол тарелку с горячим мясом для Халявы и чашку кофе для Лени.
— Зря мяса не заказал, — Халява покачал головой, — Махмуд хорошо готовит! Хорошее мясо!
— Да я недавно ел, — отмахнулся Маркиз.
— А я вот мяса могу сколько угодно съесть, — хвастливо проговорил Халява, — один раз целую корову сожрал!
— Ну уж! — Маркиз взглянул на него с недоверием.
— Ну, не один, конечно, — Халява довольно усмехнулся, — ты послушай, как дело было.
Я тогда молодой был, реально, восемнадцать лет всего. Жизни, конкретно, не нюхал. В армии служил, в воздушно-десантных войсках, сорок четвертая краснознаменная дивизия. Стою ночью на часах, охраняю, конкретно, родную десантную часть. Сам понимаешь — время ночное, спать охота, есть охота, пить охота, и все остальное в том же духе. А с места сойти не моги — часовой! Темень — хоть глаз выколи. Я-то стою под грибком, сам освещенный, как в клубе на сцене, а вокруг — тьма египетская! Чуть вперед шагнешь — кусты, и в них вовсе черно. На плече у меня, сам понимаешь, автомат Калашникова, облегченная десантная модель, с полным боекомплектом.
Второй час ночи, самое то время. Стою, думаю про свою молодую жизнь. Всякое, понимаешь, в голову лезет. И вдруг это в кустах, прямо напротив меня, что-то зашевелилось. Я молодой был, пугливый по жизни. Это сейчас уж ничего, конкретно, не боюсь, а тогда — совсем другое дело!
«Стой! — кричу. — Стрелять буду!»
Все, как по уставу положено.
А тот, в кустах, на мое предупреждение — ноль внимания и прет конкретно в мою сторону. Я ему — еще одно предупреждение, а он лезет, только кусты трещат! И видно,
