Обаятельный Вася Зайкин — неуловимый брачный аферист, водящий за нос десятки богатых женщин. Однажды, обчищая одну дамочку, он случайно прихватил очень важный документ. И вот теперь по следу Васи Зайкина идут неутомимые мошенники Лола и Маркиз, которых нанял обворованный хозяин. Связываться с профессиональными соблазнителями очень опасно: даже умница Лола едва не попалась в сети сердцееда Зайкина. Но коварство Васи — это еще цветочки по сравнению с бурным темпераментом его мамочки, настоящим Аль Капоне в юбке. Кто бы мог подумать, что неуловимым мошенникам придется соревноваться в уме и хитрости с этой хрупкой старушкой! Но эта игра так опасна, что проигравшему грозит смерть…
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
Доставившие меня люди подтолкнули меня ближе, ткнули в спину стволом и отступили, предоставив переговоры своему боссу.
— Нехорошо, адвокат, — проговорил тот медленно, с характерной уголовной растяжкой, — нехорошо.
Поскольку эта фраза была явно риторической и не подразумевала ответа, я промолчал.
— Вот парень стоит, — авторитет кивнул на Вовку, — бабки той законный наследник, а ты его будто и не замечаешь. Нехорошо.
Теперь ответ уже требовался, причем нечего было пытаться делать вид, что я не понимаю, о какой бабке говорит авторитет.
Для начала я попробовал потянуть время.
— Этот парень сам свою тетку на тот свет сопроводил, — сказал я, — из-за него она померла, а по закону убийца не может наследовать убитому…
— Врет он, Замок, врет! — истерично выкрикнул парень. — Не убивал я свою тетку! Она сама загнулась! Доктор ясно написал, что смерть естественная!
— А ты в разговор не встревай! — угрожающе прикрикнул на него авторитет. — Молод еще! Говорить будешь, когда я тебе разрешу! И какого черта ты при постороннем кликуху мою назвал?
Затем он повернулся ко мне и продолжил совершенно спокойным голосом:
— Слышал, что пацан говорит? Естественная, в натуре, смерть! Так что придумай что-нибудь другое…
— Александра Никодимовна не оставила завещания, — сделал я еще одну попытку, — а он, — я кивнул на Вову, — ей не близкий родственник, так что не имеет на квартиру никаких прав…
Я сделал вид, будто думаю, что этих людей интересует квартира покойной, тем самым заставив бандитов раскрыть карты и сказать мне, что они действительно знают.
И авторитет тут же раскрылся:
— Да нужна мне ее … квартира! — выкрикнул он, вставив непечатное слово. — Я из-за такой дряни с унитаза не встану! Ты что же, за дурака меня держишь? Мне захоронка ее нужна, клад!
Я деланно рассмеялся:
— Вроде серьезный вы человек, авторитет, а в такую ерунду поверили! Клад! Да в наше время про такие вещи и говорить-то смешно! Сейчас единственная реальная вещь, которую можно откопать, — это труп какого-нибудь несчастного, такими, как вы, закопанный!
От этих слов авторитет разъярился. Он угрожающе надвинулся на меня и прошипел:
— Вот это запросто могу тебе устроить! Закопают тебя мои ребята на пустыре, и никто не найдет! Ты меня лучше не серди!
Он покосился на Вову и добавил:
— С тобой мы еще поговорим, отдельно! Я тебе, молокососу, поверил, может быть, и зря, но если ты мое доверие не оправдаешь, лучше бы тебе вообще на свет не родиться! А за этого адвокатишку лично отвечаешь, головой!
Он снова повернулся ко мне и закончил разговор:
— Даю тебе неделю срока! Если не отдашь мне то, что от старухи получил, — буду тебя и твою сестру кромсать на мелкие кусочки!
Авторитет развернулся и ушел, а меня схватили двое бойцов и втолкнули в машину, где уже дожидался Вова.
Они довезли меня почти до дома, и тут, не доезжая примерно квартал, Вовка распахнул дверь и вытолкнул меня из машины. Я кое-как поднялся на ноги, доковылял до своего подъезда. Дежурный охранник едва меня узнал. Я поднялся в свою квартиру, и первое, что увидел, — Люсю, спящую на диване в гостиной. Сестра была в вечернем платье, она свернулась калачиком, как в детстве, и уютно посапывала во сне. Я вспомнил, каким чудесным ребенком Люся была совсем недавно, и внезапно почувствовал к ней острую жалость. Если меня убьют, она тоже пропадет. Она ведь совершенно не приспособлена к жизни. Да этот страшный уголовник и ее не оставит в покое!
Я поправил сбившийся плед и пошел в свой кабинет. Мне нужно было, конечно, принять ванну, привести себя в порядок, обработать ушибы, но в первую очередь я хотел посмотреть на злополучную записку, из-за которой попал в такие неприятности.
Открыл свой письменный стол. Мне показалось, что замки немного повреждены, и в сердце закралось смутное беспокойство. Я торопливо выдвинул ящик, в котором лежала папка.
Ящик был пуст.
На всякий случай выдвинул все остальные ящики — может быть, я перепутал, оставил папку не там… но и в остальных ящиках ее не было, больше того, пропал альбом с дорогими марками, в том числе с недавно приобретенной «серой Аргентиной».
Картина происшествия начала вырисовываться передо мной во всей своей неприглядности.
В моем кабинете наверняка побывал вор, который взял и марки, и старухину папку… Допустим, марки он взял вполне обдуманно, скорее всего по наводке, но папка-то зачем ему понадобилась? Ее ценность практически никому не известна… если бы вор действовал по приказу уголовного авторитета, то тогда Замок не стал бы приплетать меня к этому делу, ни в коем
