Маньяки… Слепая смерть

девяносто пятого сотрудники МУРа вспоминают до сих пор. Каждый день начинался с просмотра суточных сводок происшествий. И каждый день ситуация повторялась. Ежедневно фиксировались изнасилования в лифтах, нередко сразу по два-три случая. Особенно удручало, что жертвами становились девочки двенадцати-тринадцати лет. В каждом доме растут дети, ходят в школу, возвращаются домой, поднимаются в лифте. И сколько ни предупреждай, ни пугай – ребенок есть ребенок…
Позднее стало ясно, почему преступления происходили с такой частотой. Лифтер, начавший серию еще в 1992 году после очередной отсидки за изнасилования, вошел во вкус именно осенью 95-го. К этому же периоду «раскрутился» и другой маньяк – Разбойник, который освободился летом, отбыв срок за ограбление в лифте.
Они действовали одновременно. Более того, походили друг на друга внешне, использовали аналогичные виды угроз – демонстрировали нож или пневматический пистолет. Поразительно, но оба насильника даже знали друг о друге. И не только из газет, которые на все лады рассказывали о преступлениях, иронизируя по поводу бессилия милиции.
После ареста Лифтер рассказал, что как-то раз, выбрав очередную жертву – светловолосую стройную школьницу в короткой юбочке – шел за ней по следу, предвкушая близкое удовольствие. И вдруг неожиданно Лифтер почувствовал, что не он один охотится за девочкой. У самого подъезда его внимание привлек парень, хищно наблюдавший за жертвой и готовящийся войти следом за ней в подъезд 16-ти этажного дома (по описаниям Лифтера неизвестный парень был опознан сыщиками как Разбойник – крупные черты лица, джинсы, кроссовки, куртка-ветровка). Маньяки встретились взглядами, поняли все без слов и… разошлись.
Каково? Не напоминает ли этот эпизод охоты в каменных джунглях современного мегаполиса описания повадок обитателей африканской саванны или амазонской сельвы?
Насильники часто нападали в одном и том же месте Москвы (на заметку сыщикам и для анализа криминалистам) – микрорайонах, прилегающих к станции метро «Бабушкинская». Не случайно, оперативники назвали территорию домов, стоящих по улицам Ленская, Чичерина, Сухонская и Чукотскому проезду, «московским Бермудским треугольником».
Из показаний Лифтера:
«В начале октября 1995 года я находился в районе метро «Бабушкинекая». Просто гулял, был трезв. На мне была черная кожаная куртка, серый свитер. Какого цвета брюки были – не помню. У меня сеть серые (три пары), синие, черные. В руках держал сумку-визитку черного цвета. Около 14–15 часов я заметил двух идущих по улице девочек пятнадцатисемнадцати лет.
По-моему, на одной из них было зеленое пальто или куртка. Я прошел около двухсот метров, а потом вслед за ними вошел в подъезд. Дом какбудто бы бело-зеленый, выше десяти этажей. На месте смогу показать, визуально узнаю. Когда я зашел в лифт, то девочки уже там находились. Кто-то из них нажал кнопку нужного им этажа. Какого, сейчас не помню. Между вторым и четвертым этажом я остановил лифт, достал нож с зеленой ручкой и красным драконом и обнажил клинок. Показал пятна ржавчины на лезвии и сказал, что это кровь. Добавил, что я такой же маньяк, как Чикатило.
Приказал им стоять тихо и снять с себя драгоценности. Та, что была пониже, отдала колечко и золотые сережки. Ее подружка сняла цепочку и браслет. Потом, угрожая словами, я потребовал, чтобы девушки раздели друг друга. Несколько помню, ударов никому не наносил. Девушки разделись до нижнего белья – лифчиков и трусиков. Я потребовал у маленькой, чтобы она взяла в рот мой половой член. После я заставил сделать то же самое другую девушку.
К тому времени они обе полностью разделись. Затем я потребовал, чтобы маленькая повернулась ко мне спиной, и совершил с ней половой акт в задний проход. Потом я разрешил девушкам одеться и пригрозил, чтобы они не делали глупостей и ни о чем не рассказывали. Девушки остались в лифте, я вышел на первом или втором этаже, а кабину направил на самый верх».
После обобщения материалов выяснилось, что примерно сорок процентов изнасилований не регистрировались. В отделениях милиции, не желая портить статистику тяжкими преступлениями против личности – изнасилованием несовершеннолетних – старались ограничиться возбуждением уголовного дела только по факту грабежа. Но даже подняв все «отказные материалы», истинные масштабы их преступных деяний установить трудно.
Я присутствовал при выходах на места преступлений Лифтера в Зеленограде и Тушино, где он любил «просто гулять». Насильник охотно показывал дома (он, как и большинство подобных субъектов, обладает феноменальной зрительной памятью), рассказывал где, с кем и сколько раз, вспоминал