Ни один человек, считающий себя современным человеком, никогда не поверит в то, что магия существует в нашем мире, в нашем времени! Люди, как простые обыватели или как высшие приматы нашего мира, привыкли к легко объяснимым и осязаемым вещам.Марк Ганеев полон решимости завершить дело своей жизни, наказать предателей и изменников родины. Ему приходится преодолевать немало препятствий на этом пути. Его друзья всячески поддерживают и ему помогают преодолевать эти препятствия …
Авторы: Егоров Валентин Александрович
я для ним уже попросту не существовал.
Только одна бортпроводница, то ли китаянка, то ли малазийка, вдруг обернулась в мою сторону, своими глазами вишенками она мельком скользнула по моей фигуре. В моем сознании мгновенно сформировалась картина, как эта малазийка роется в карманах моей спортивной куртки, профессионально щелкая электронной фотокамерой! Эта восточная красавица обыскивала меня за несколько минут до турбулентности, которая вскоре обрушилась на наш Боинг. Я же в этот момент крепко спал в своем кресле в салоне первого класса после бокала великолепного красного французского вина.
По моему вдруг вспотевшему спинному хребту пронесся ураганный озноб с мурашками, каким же я был дураком, подумав о том, что сумел покинуть Штаты, обманув этих проклятых янки. Блин, вот тебе и крепкая ночь в первом классе, вот тебе и турбулентность над океаном! Теперь я должен, как можно быстрей избавиться от всех своих засвеченных паспортов и кредитных карточек, которые сейчас стали путеводными звездами для моих противников.
Это также означало, что теперь меня повсюду ждут, чтобы арестовать, где бы я, майор КГБ СССР Марк Ганеев, не появился. Пока я все еще оставался бывшим, но пока еще кегебешником, так как до сих пор никто из ФСБ РФ моею личностью не интересовался, еще никто из ФСБ РФ не приглашал меня перейти на службу в эту самую организацию! Стюардессы-изменницы навсегда исчезли в дверях московского аэропорта Шереметьево, может быть, только одна из них будет время от времени появляться в моих воспоминаниях о прошлом! Тогда я тяжело вздохнул, мне нужно было действовать.
Я должен был попытаться каким-либо образом свести на нет те преимущества, которые мой противник получил в результате своей недальновидности. Я позволил ему узнать, все свои новые имена, номера банковских счетов и кредитных карточек. Благодаря всему этому он будет знать о каждом моем шаге, о каждом поступке! Домой на родину я возвращался налегке, весь мой багаж состоял из одной лишь этой плечевой сумки. Она была до упора забита моим исподним бельем, а на самом ее дне в этом белье была запрятана пара израильских пистолетов с запасными обоймами.
Правой рукой я на ходу скользнул в свою плечевую сумку, так как хотел проверить, не теряя времени, не обезоружили меня эти стюардессы?! Нет, пистолеты и белье остались на месте, видимо, эти красивые девчонки побрезговали рыться в грязном мужском белье. Тогда я достал и, слегка поколдовав над своим российским загранпаспортом, слегка исправил в нем свою фамилию, даты рождения и дату выдачи паспорта, а также видоизменил старую фотографию Марка Ганеева, придав ей современные черты. Этим российским загранпаспортом я многие годы уже не пользовался.
Паспортный контроль я прошел со своим слегка измененным старым паспортом, произведенные мною изменения не вызвал подозрений у женщины капитана пограничницы. Теперь же мне предстояло пройти последний пограничный барьер в аэропорту Шереметьево, таможенный досмотр! Я должен был этот свой загранпаспорт предъявлять и таможеннику, но только в том случае, если он этого потребует!
Прежде чем покинуть зал получения багажа, я зашел в магазин дьюти-фри, где на остатки валюты купил четыре бутылки шотландского виски. Затем с сумкой, переброшенной через плечо, а также с ярко-желтым пакетом магазина дьюти-фри в правой руке я смело шагнул на зеленую дорожку нашей таможни. Уже на втором своем шагу по зеленому таможенному коридору я увидел таможенника, который стоял в середине этого коридора и, благовейно сложив свои руки на слегка выпирающим из-под ремня мужском животике, наблюдал за проходившим мимо него народе. По его целеустремленным глазам можно было бы без труда догадаться о том, что этот государев человек сейчас находится при исполнении своих служебных обязанностей. Он внимательно всматривался в лица проходивших мимо него авиапассажиров, ни на кого, казалось бы, не обращая внимания!
По этому зеленному таможенному коридору я шел вместе с людьми, только что прилетевших из-за границы. Причем шел легким и свободным шагом, стараясь ничем особым не выделяться в толпе народа, шедшего по зеленому таможенному коридору вместо со мной. Если я и выделялся, то разве что тем, что при себе не имел большого багажа, через мое плечо свисала одна только плечевая сумка. Своими размерами и объемом она была столь мала, что не вызывала никаких подозрений в том, что в ней я мог везти какую-либо контрабанду. Иными словами, обо мне можно было бы смело говорить, что я вместе с этой сумкой не представлял и не мог представлять серьезной угрозы чести и достоинству любого таможенника. Поэтому, даже находясь в таможенной зоне, я чувствовал себя вполне спокойно и не
