Ни один человек, считающий себя современным человеком, никогда не поверит в то, что магия существует в нашем мире, в нашем времени! Люди, как простые обыватели или как высшие приматы нашего мира, привыкли к легко объяснимым и осязаемым вещам.Марк Ганеев полон решимости завершить дело своей жизни, наказать предателей и изменников родины. Ему приходится преодолевать немало препятствий на этом пути. Его друзья всячески поддерживают и ему помогают преодолевать эти препятствия …
Авторы: Егоров Валентин Александрович
московский ополченец в годы прошлой Отечественной войны. Хотя винтовка за моими плечами была продуктом именно тех времен!
Сразу же после покушения на меня, совершенного на Ленинском проспекте, я отправился в Лефортово на Яузу, где прошло мое счастливое детство. Там мы в детстве часто купались в этой самой Яузе и время от времени в ней находили оружие, брошенное в реку нашими дезертирами, бежавшими по своим деревням. Мой личный арсенал состоял из немецкого действующего пистолета-пулемета МП38, снайперской винтовки Токарева СВТ 40, пистолета ТТ со спиленным курком и двумя действующими пистолетами Вальтер РК38. С большим трудом мне удалось разыскать свой схрон оружия и достать из него СВТ 40 с бронебойными патронами, которую я сейчас, словно ишак, тащил за правым плечом.
Вскоре я подошел к знакомой калитке, прорезанной в больших воротах, и кулаком сильно в нее постучал. Тут же послышался голос сторожа:
— Проходи, мил человек, проходи! Чего стучать-то так громко, народ разбудишь! Водочку оставь в моей сторожке, а сам занимайся своим делом.
Калитка негромко скрипнула и открылась, я, высоко поднимая ноги, переступил ее порог и оказался на стройплощадке. Черт меня подери, я попросту не ожидал, что эта строительная площадка может быть погружена в такую темень, зги не было видно. С большим трудом и в основном благодаря свету уличных фонарей, падающим из-за забора, я смог разглядеть каркас будущего офисного здания, которое высилось в самом центре строительной площадки. К нему вели несколько деревянных мостков, проходящими над штабелями бетонных панелей.
Прежде чем подниматься на этаж каркасного здания, я забежал в сторожку, там поставил на стол обе бутылки водки «Пшеничная». Но самого сторожа в сторожке почему-то не оказалось. Недоуменно пожав плечами, я покинул сторожку и по одному из мостков зашагал к каркасу недостроенного здания.
Вскоре я поднимался, опять-таки по мосткам, на двенадцатый этаж этого здания. По моим расчетам именно этот этаж идеально подходил для устройства на нем снайперской огневой позиции для стрельбы по окнам офиса, расположенного на десятом этаже этого офисного здания. Так оно и оказалось и на деле, мои предварительные расчеты меня не подвели. Когда я на двенадцатом этаже этого каркаса я приложил к своим глазам полевой бинокль, то три нужным мне окна компании «Французский связной» оказались в центральном секторе моего поля зрения, Они располагались в зоне для идеального поражения целей при стрельбе из снайперской винтовки, иными словами, эти нужные мне окна находились прямо напротив меня. Хотя мне следовало бы все-таки немного сдвинуться влево, метров на пятьдесят. Там мне и должен был бы себе соорудить снайперскую огневую позицию.
В течение двух часов, находясь в полной темноте, практически наощупь, я ползал по площадке двенадцатого этажа, собирал горбыль, пиленную доску, обрезки досок, чтобы из них соорудить себя некое подобие снайперского помоста-лежанку. Лежать на бетонном полу и одновременно вести прицельный огонь из снайперской винтовки не было никакой возможности, бетонный пол на ветру в моем теле отдавался ледяным катком, катаясь по мне, он сковывал все движения моего тела. К половине десятого вечера снайперский помост-лежанка был готов, он даже имел аккуратный захват для самой снайперской винтовки, да и я уже лежал не на ледяном бетонном полу, а на деревянном помосте.
Посредством прицела своей СВТ40 я еще раз и еще раз тщательно выверял сектор обстрела целей. Вскоре прицел винтовки был окончательно выверен, теперь я мог в любую секунду открыть из нее огонь на поражение. Нужные мне три окна офиса компании «Французский связной» этого офисного здания, мрачно высившегося прямо передо мной, все еще оставались неосвещенными. Обычно свет в таких офисных зданиях, расположенных в разных районах столицы, горел чуть ли не с раннего вечера и до позднего утра, как бы свидетельствуя о том, что там люди работают независимо от времени дня или ночи.
Это офисное здание, которое я сейчас рассматривал через прицел снайперской винтовки, от других офисных зданий столицы отличалось одним уж тем, что сейчас, когда еще не было и десяти часов вечера, большинство окон этой его стороны были уже не освещены. Вверх уходили целые ряды-этажи таких окон, что могло говорить лишь о том, что, видимо, не все его этажи офисов были сданы в аренду. Повторяю, я собственными глазами видел, как окна многих этажей этого офисного здания все еще оставались совершенно темными, отчего это офисное здание выглядело еще более хмурым и чем-то обиженным.
Свою винтовку СВТ40 я отложил в сторону, сам же приподнялся на локтях, а затем сильным рывком тела вскочил на
