Ни один человек, считающий себя современным человеком, никогда не поверит в то, что магия существует в нашем мире, в нашем времени! Люди, как простые обыватели или как высшие приматы нашего мира, привыкли к легко объяснимым и осязаемым вещам.Марк Ганеев полон решимости завершить дело своей жизни, наказать предателей и изменников родины. Ему приходится преодолевать немало препятствий на этом пути. Его друзья всячески поддерживают и ему помогают преодолевать эти препятствия …
Авторы: Егоров Валентин Александрович
законе стали собираться, обсуждать вопрос о моем возвращении в Москву, что подобное могло бы означать для всего криминального российского сообщества?! О старике Мовсаре тогда Виктор сказал, что тот отдыхал в Греции, но, когда услышал о моем воскрешении, то в тот же вечер заказал авиабилет на первый же рейс, вылетавший в Москву. Прямо с борта самолета он забронировал себе номер в гостинице «Арарат Хайятт Парк», с единственной просьбой, чтобы его номер находился на одном этаже и как можно ближе, к моим апартаментам.
Старик Мовсар, видимо, все же заметил, как от напряженной работы моего головного мозга, а также от волнения начало слегка поддергиваться мое лицо, поэтому он поспешил завершить разговор, обратившись ко мне с просьбой:
— Руслан Авдотьевич, извините, что остановил вас прямо в коридоре гостиницы. Неудачное, знаете, место даже для простого разговора! Слишком уж много любопытных глаз вокруг нас! У меня для вас имеется интересная информация, поэтому хотел бы свами встретиться и переговорить по этому вопросу. Может быть, мы могли бы вместе пообедать или поужинать? Да, между прочим, позвольте вам представиться, меня зовут Саакян Реваз Автандилович!
Старик Мовсар сейчас явно что-то недоговаривал, да и эта его спешка с возвращением в Москву мне тоже была непонятной и не очень-то нравилась. Но тем не менее, ситуация с ним, по моему мнению, складывалась не ахти какой сложной. Я мог бы с ним пообедать, поговорить и выяснить, что же именно его так беспокоит, почему для встречи со мной, бросив все в Греции, прилетел в Москву?!
Получить с меня, он ничего не мог, все, что было нажито и заработано мною, как Катом, было уже растащено и поделено между моими подельниками, Четыре года тому назад, даже четыре сотни рублей, остававшиеся на моем счету в Сбербанке, обманным путем получил какой-то районный авторитет. И назад из всего поделенного я тоже уже ничего не смогу вернуть! Хотя кое кому я все же собираюсь выставить счет за свое захваченное и несправедливо поделенное имущество!
Сегодня же после вчерашнего облома, случившегося с людьми Эммануила Донского, слух о четырнадцати трупах в мгновение ока пронизал всю Москву, поэтому мне сегодня не стоило бы суетиться, а залечь и отлежаться в каком-либо убежище. Пока мне не стоило бы обращать на себя внимание городской прессы и телевидения, и широкой публики, тайно встречаясь с одним из московских положенцев! Словом, мне не стоило бы сейчас отказывать во встрече одному из старших по званию московских князей воровского сообщества. Что-то внутри меня подсказывало, какую мне следовало бы избрать линию поведения со стариком Мовсаром. Следовало бы держать его на некотором от себя расстоянии, не допускать особо близких, дружеских отношений, а в глазах широкой публики, наоборот создавать впечатление, что мы дружим друг с другом, не разлей вода!
— Сегодня время обеда у меня, Реваз Автандилович, уже занято, но мы могли бы вместе поужинать! Давайте, встретимся сегодня вечерком. — И дождавшись утвердительного кивка головой, сделанный стариком Мовсаром, я чуть ли не в припрыжку помчался далее по коридору к лифтам.
Спустившись в лобби гостиницы, я сразу же обратил внимание на большое столпотворение в нем журналистской братии, фотографов, корреспондентов, репортеров и съемочных групп. Вся эта братия чего-то требовала, из-за чего в лобби стоял громкий шум с отдельными требовательными выкриками. Охранники были по горло заняты необычной для себя работой. Они всех этих журналистов, мечущихся по лобби, пытались согнать в одну толпу, а эту толпу отогнать в один из дальних углов гостиничного лобби, огороженный желтой лентой. Там они, видимо, собирались эту толпу журналистов, беспорядочно мечущихся по лобби, обложить со всех сторон, никуда за пределы ленты не выпускать.
Сейчас гостиничные охранники были по горло заняты делом, наведением общественного порядка в самой гостинице. Их командира Виктора Путилина пока еще нигде не было видно, поэтому я спокойно прошел через служебный выход из гостиницы, и на Неглиной улице.
Октябрь на удивление баловал нас своей далеко не осенней погодой, по-прежнему, на улице было тепло, а воздух в городе особо не прогревался. Было чуть-чуть прохладно. Полной грудью вдохнув в себя эту прохладу, мне стало приятно и хорошо, я зашагал по асфальту своего любимого города, снова став простым москвичом. Именно в тот момент я решил своего Форда Мондео не брать с парковки, а пешком пройтись по городским улицам!
Словом, я пошел, как обычно в русских народных сказках говорилось, куда глаза глядят.
Таким образом, сначала я прошел мимо Малого театра, затем мимо Большого театра, вышел к зданию Государственной
