Ни один человек, считающий себя современным человеком, никогда не поверит в то, что магия существует в нашем мире, в нашем времени! Люди, как простые обыватели или как высшие приматы нашего мира, привыкли к легко объяснимым и осязаемым вещам.Марк Ганеев полон решимости завершить дело своей жизни, наказать предателей и изменников родины. Ему приходится преодолевать немало препятствий на этом пути. Его друзья всячески поддерживают и ему помогают преодолевать эти препятствия …
Авторы: Егоров Валентин Александрович
с ними в длительный огневой контакт огневой контакт, я мог только нанести короткий и по возможности сильный удар, чтобы тут же скрыться от преследования противника!
Из всего оружия на данный момент я при себе имел всего лишь два израильских пистолета Desert Eagle, которые наиболее эффективны можно было применять на расстояниях в пятьдесят и сто метров. Бойцы же прапорщика Малашенко были вооружены ВСС Винторезами и бесшумными автоматами ВАЛ, наиболее эффективно действующими на расстояниях в триста — четыреста метров. Таким образом, получилось итак, что я сильно проигрывал своему противнику и самом оружии. Чтобы поразить вражеского бойца, я должен был подобраться к нему на очень близкое расстояние, тем самым создавая непосредственную угрозу своей жизни.
Словом, я оказался перед выбором, или мне нужно было срочно довооружиться, или, как можно быстрей, оставить территорию клиники, чего мне не хотелось делать, так по настоящее время я так и не получил ответы на свои вопросы в отношении того, что же здесь происходит.
Моя память мне тут же подсказала, что на груди сержанта Сычева, убитого мною в кабинете врача Воронова, висел бесшумный автомат ВАЛ. Чтобы живым и здоровым покинуть здания клиники, теперь я должен был пробраться обратно в кабинет врача Воронова, чтобы там довооружиться автоматом. Четыре минуты у меня ушли на то, чтобы по коридору доползти до кабинета врача Воронова, там с убитого сержанта снять автомат ВАЛ. В окно кабинета я даже не стал выглядывать, чтобы не привлечь внимания с вражеской стороны, а снова вернулся в коридор клиники, но уже с автоматом в руках.
Казалось бы, в этом коридоре ничего не изменилось, больничная чистота соседствовала с какой-то непонятной мне больничной тишиной. Минуту я прислушивался, пытаясь разобраться во звуках, происходивших в том или иной месте самой клинике или в этом коридоре? Но тишину до конца так и никто не нарушил, только в конце коридора вдруг беззвучно промелькнула чья-та тень. Пальцы сами собой нажали курок ВАЛа, прошелестели щелчки автоматической очереди в четыре патрона. Тень исчезла и больше не появлялась, я не пошел в ту сторону, где только что промелькнула эта тень, а пятясь с автоматом наперевес начал отступать в противоположную сторону.
Именно в этот момент я почувствовал, что на меня только что фээсбешниками была объявлена самая настоящая охота! Мне следовало бы убираться с этого шестого этажа подобру-поздорову и как можно быстрей.
Тем временем до мозгов прапорщика Малашенко, наконец-то, дошло понимание того факта, что его группа во время зачистки клиники Костенко, которая, возможно, ее руководством использовалась не по назначению, потеряла трех бойцов! Такая большая потеря в живой силе в безобидной операции по зачистке здания клиники, могла свидетельствовать только о том, что бойцам его группы кто-то противодействует, что в здании клиники Костенко у его группы появился настоящий противник! Выезжая на операцию прапорщик Малашенко думал, что этот приказ по зачистке клиники профессора Костенко он выполнит в течение первой половины этого дня, а вторую половину дня он уже проведет, отдыхая со своей семьей. Приказ командира его управления гласил: «провести операцию по зачистке клиники профессора К.Т. Костенко. Проверить документы и установить личности всех больных, в данный момент находящихся на излечении в клинике. Особое внимание уделить полковнику П.И. Василенко и его референту, Ирине Молчун, возможным резидентам иностранных разведок, но их пока не арестовывать».
Обыкновенный приказ, ничего нового или серьёзного в нем не было, только прапорщику Малашенко было совершенно непонятно, почему при его выполнении начались какие-то непонятности. При передаче в управление списка больных его начальство прямо-таки взбудоражилось на первой же фамилии восьмидесятилетнего старика Никольского, в прошлом известного советского авиаконструктора, лежащего в палате N 1. Они приказали всем больным сделать определённый укол и готовить к эвакуации в другие клиники. Затем пришла отмена приказа об общей эвакуации клиентов клиники, начальство потребовало срочно эвакуировать лишь одного только Никольского.
И последняя неожиданность, появление неизвестного противника на этажах клиники, потеря трех бойцов своей группы заставили прапорщика отдать приказ, найти и уничтожить того противника, кто поднял руку на бойцов его группы!
Пока прапорщик Малашенко занимался перегруппировкой бойцов своей группы, мне относительно спокойно удалось спуститься на пятый этаж, переступить порог приемной кабинета Костенко. Эта приемная меня встретила общей пустотой своего помещения, какой-то гнетущей,
