Ни один человек, считающий себя современным человеком, никогда не поверит в то, что магия существует в нашем мире, в нашем времени! Люди, как простые обыватели или как высшие приматы нашего мира, привыкли к легко объяснимым и осязаемым вещам.Марк Ганеев полон решимости завершить дело своей жизни, наказать предателей и изменников родины. Ему приходится преодолевать немало препятствий на этом пути. Его друзья всячески поддерживают и ему помогают преодолевать эти препятствия …
Авторы: Егоров Валентин Александрович
нашему противнику чертежи и схемы вертолета «Черная Акула», а также, испугавшись содеянного, передали в руки противника бойцов ГРУ полковника Кантемирова! Но я полагаю, что не стоит эти оба списка передавать по открытым телефонным линиям, поэтому, Михалыч, бери в руки самописку и переходи на мыслеречь!
Я перешел на мысленный канал связи, чтобы разговор с Живодером продолжить по закрытому, хорошо защищенному каналу связи:
— Так что, Михалыч, пиши аккуратно и не ошибайся, Михалыч, а то никогда не получишь генеральской звезды на свои погоны. Первым номером у нас пойдет, Сергей Сергеевич Дворников, начальник Генерального штаба. Вторым, — Анатолий Дмитриевич Воронцов, первый заместитель министра обороны РФ. Затем, Геннадий Александрович Вольский, помощник президента РФ; и четвертым, Геккель Михаил Апостолович, депутат Госдумы, заместитель председателя комитета обороны Госдумы. Да, Михалыч, что касается Цигурашвили, то ты передай Матвею Никандровичу, что такого человека больше уже не существует! Вы с ним уже больше уже никогда не встретитесь! С этого дня я начинаю жить и работать под своим настоящим именем, Марка Ганеева!
— Да, Михалыч, я совсем забыл тебе сказать и о том, что в тот список я пока еще я не включил министра обороны РФ Антона Исаевича Сердцева. Его пока еще невозможно обвинить в предательском сговоре, в результате которого американцы получили прекрасный боевой вертолет, а группа Кантемирова — уничтожена!
В то же мгновение в моей голове вдруг развернулось содержание мнемограммы, которая была только что отправлена в мой адрес полковником Михаилом Кучковым. В мнемограмме говорилось:
«К нам поступила информация, в которой говорится, что Минобороны спешно формирует группу ликвидаторов для отправки в Белград. Цель этой группы — ликвидаторы должны убрать тебя, а также ликвидировать всех людей, которые тебя сопровождают! Береги себя, твой Михалыч».
Перед самым рассветом, когда человеческий сон наиболее сладок, из-под хвостового оперения нашего штурмовика Гольфстрим выскользнули четыре фигуры, одетые во все черное и с одними только десантными ножами «Рысь» в руках. Они тут же исчезли, словно растворились в ночной тьме, все еще стоящим над столичным аэропортом Белграда.
Москва продолжала упорно хранить молчание, она никак себя не проявляла в от ношении нас, не отвечала ни на одно наше или мое обращением с просьбой разъяснить ситуацию по вопросу о моем паспорте. Столица ни единым словом не обмолвилась по поводу мер, якобы предпринимаемых российским МИДом для выдачи мне паспорта российского гражданина. В этой связи российское посольство продолжало отделываться одними обещаниями по поводу того, что кто-то из российских дипломатов обязательно посетит аэропорт Николы Теслы и обязательно с нами встретится, чтобы обсудить возникшую проблему.
Стрелки часов продолжали неумолимо отсчитывать минуту за минутой! Само время было невозможно остановить, повернуть вспять, но время проходило, а с нами пока еще ничего особенного не происходило! Я все чаще и чаще стал задумываться по этой нашей вынужденной отсидки в сербском Белграде. В конце концов, я был вынужден признать, что в настоящий момент время работало на стороне неизвестного противника, оно работало против нас. Я всей своей кожей ощущал, что в Москве вот-вот должны были начаться происходить серьезные события, а я же, по-прежнему, находился за пределами России, никак не влиял на эти события, не мог их контролировать!
Михалыч сделал свое дело, он мне позвонил и намекнул об надвигающейся опасности со стороны Минобороны и Генштаба! К тому же до меня вдруг дозвонился Борис, заместитель начальника моего управления в котором я работал до своей командировки в Афганистан! Да и в этом случае, это был не его прямой звонок, а ранее записанный на аудиокассету телефонный звонок следующего содержания:
— Здравствуй, Марк! Меня попросили набрать три разных номера телефона и по каждому из них повторить один и тот же текст. Итак, я начинаю зачитывать свой дежурный текст: «Руководство ФСБ РФ попросило меня довести до твоего сведения следующую информацию, а именно: Председатель ФСБ РФ только что принял решение о восстановлении Марка Ганеева в звании «подполковник», назначил его начальником пятого отдела. Как можно быстро, ты должен прибыть в Москву и занять свою должность!».
Из текста, зачитанного Борисом, можно было понять только одно, Москва все-таки была недовольна проявляемой мною медлительностью, моей задержкой в Белграде. Она требовала моего срочного возвращения, но сама не собиралась и пальцем пошевелить по поводу того, чтобы ускорить этот процесс моего возвращения.
