Ни один человек, считающий себя современным человеком, никогда не поверит в то, что магия существует в нашем мире, в нашем времени! Люди, как простые обыватели или как высшие приматы нашего мира, привыкли к легко объяснимым и осязаемым вещам.Марк Ганеев полон решимости завершить дело своей жизни, наказать предателей и изменников родины. Ему приходится преодолевать немало препятствий на этом пути. Его друзья всячески поддерживают и ему помогают преодолевать эти препятствия …
Авторы: Егоров Валентин Александрович
не могу помочь, Марку! Лезть в его внутренности не имею права, так как по своей неопытности могу нанести ему больший вред! А тебя, козел, как зовут по-настоящему?
— Миша! — Почему-то очень тихо ответил Михалыч. — А тебя?
— Меня зовут Совья Огурцова, никакого отношения к однофамильцу из того знаменитого фильма я не имею! Не замужем! Миша, прошу тебя не беспокоиться по поводу ранения Марка в плечо. Насколько я разбираюсь в медицине, то могу сказать, что рана у него сквозная, не очень опасная! Конечно, ему нужен профессиональный врач, но, как мне кажется, Марк не такой человек, чтобы долго находится в постели. Полежит денька и снова что-нибудь учудит!
В это мгновение в небе послышался рокот двигателя вертолета, летящего на низкой высоте. В кафе заглянул прапорщик Волков с двумя бойцами, все трое были в камуфляжных плащ-палатка, из-под которых выглядывали стволы автоматов «Кипарис». Владимир подошел к дивану, на котором я лежал, для тепла замотанный в белые скатерти, и неожиданно громко отрабортовал:
— Товарищ полковник, вертолет МЧС идет на посадку, чтобы вас срочно эвакуировать и доставить в ближайший госпиталь!
3
Операцию я проспал, очнулся под самое утро от громкого храпа, раздававшегося с соседней койки. Видимо, на ней спал раненый, страдающий синдромом обструктивного апноэ во сне или, проще говоря, находясь во сне, он дышал ртом. Пару раз, я это видел собственными глазами, в нашу палату заходила санитарка, фельдшерица из Апрелевки, она подходила к раненому бойцу и осторожными движениями рук поправляла его подушку. Храп на время прекращался, но только сестра закрывала за собой дверь нашей палаты, как храп немедленно возобновлялся. Храп был настолько густым и насыщенным, что спать при нем не было никакой возможности!
Часик я эдак покрутился в своей койке, принимал различные позы и даже клал подушку на голову, но этот храп донимал до нутра. Он уверенно преодолевал все препятствия, устраиваемые мною на его пути. Не выдержав такого сильного нервного напряжения, я решил прибегнут к своей магии. Щелкнул пару раз пальцами правой руки и во рту храпящего раненого бойца появился добротно сделанный кляп. Храп тут же прекратился, я же прикрыл глаза, собираясь еще немного вздремнуть! Минут через пять, не более, послышалось сопение, переходящее в свист. Вверх к потолку взлетело что-то белое, это был мой кляп и храп снова возобновился.
Я осторожно опустил ноги с койки, в плече еще слегка побаливало, но боль терпеть пока еще было можно. Делая первый шаг к койке соседа, я намеревался его только немного пристыдить и попросить, чтобы он, повернувшись на другой бок, перестал бы храпеть! Но, когда я, придерживаясь руками за стену, подошел к койке храпуна, то от возникшего удивления, своего языка едва не проглотил. На ней, широко раскинув руки в стороны, спал мой дорогой полковник Михаил Михайлович Кучков или по-простому, Михалыч! Почувствовав мой пронзительный взгляд, Михалыч лениво приоткрыл свои глаза и сонным голосом поинтересовался:
— Ну, что, Марк, очухался после полуночной операции? Врачи мне говорили, что из-за наркоза, ты будешь беспробудно спать до самого утра! А почему ты стоишь на ногах? Ты там, давай, не стой, болезненный! В ногах нет правды, так что ты уж присядь на краюшек моей койки и мы немного поговорим! Я тут нахожусь по распоряжению Матвея Никандровича, До утра было еще много времени, вот я и прилег, чтобы немного отоспаться!
— И о чем же мы будем говорить? — Теперь уж я поинтересовался. — Я пришел к тебе с одной и очень небольшой просьбой, не мог бы ты прекратить храпеть, Михалыч?! Ты так и не дал мне хорошо выспаться после операции!
— Софья мне говорила, что эта операция должна была быть ерундовой, так как у тебя сквозное ранение плеча? Так что, Марк, собирайся и поехали к Матвею Никандровичу! Он тебя ждет для секретного разговора!
— А кто это такая Софья, Михалыч? Раньше ты никогда при мне не упоминал этого женского имени?!
— Это же твоя знакомая Софья, администратор из кафе «Мороженного» на Пушкинской площади! Она спасла тебе жизнь, когда Володька Волков тебя раненого на своих руках принес в ее кафе!
— Хорошо, Михалыч, ты уж так сильно не парься по этому поводу! Я хорошо все помню, что происходило, когда меня ранило! Я также хорошо помню, как ты втюрился в эту Софью и не смог разговаривать с ней нормальным человеческим голосом! Ну, да, ладно, сейчас мы немного пошутили друг над другом, а сейчас нам пора приниматься за серьезные дела! Времени-то у меня остается все меньше и меньше, а до отлета в Африку нам с тобой предстоит еще многое сделать, Михалыч! Но ответь мне, пожалуйста, но мой первый вопрос, что же именно произошло на Пушкинской площади?
