Ни один человек, считающий себя современным человеком, никогда не поверит в то, что магия существует в нашем мире, в нашем времени! Люди, как простые обыватели или как высшие приматы нашего мира, привыкли к легко объяснимым и осязаемым вещам.Марк Ганеев полон решимости завершить дело своей жизни, наказать предателей и изменников родины. Ему приходится преодолевать немало препятствий на этом пути. Его друзья всячески поддерживают и ему помогают преодолевать эти препятствия …
Авторы: Егоров Валентин Александрович
или ином регионе нашей великой страны.
Последнее время Гельфанд лелеял мечту о том, чтобы вместе со своими туристами взобраться на гору Говерла, высочайшую вершину Карпат, пройтись по дорогам Западной Украины. Но на это в течение долгого времени КГБ СССР не давал своего официального разрешения. Этот же год был годом, в который Гельфанд вообще не планировал организации какого-либо похода. Как я узнал позднее, то директор был просто-напросто ошеломлен, когда разрешительное письмо КГБ СССР легло ему на стол. Этим письмом перед Гельфандом встала дилемма, в этом году или никогда. Все эти события происходили вне моего поля зрения, вне моего внимания, так как только в этом году я окончил восьмой класс и перешел в девятый. Повторяю, что Гельфанд набирал в поход учеников, окончивших девятый класс, передших в десятый!
Дневник с отметками за этот год я принес домой с одними только четверками и несколькими пятерками. Мама долго изучала мои годовые оценки, пальцем водя по строкам дневника с оценками, что-то про себя нашептывая. Затем она строго посмотрела на меня, сказала, что я самый настоящий лентяй, что учусь в половину своих способностей и возможностей, что мог бы постараться и стать отличником! Через несколько дней куда-то в глубинку России на лето уехал Тима, погостить у родителей своей матери. На лето Ежик и корнет Азаров отправились отдыхать куда-то вместе, Стас позвонил мне и предложил вместе с ним на пару недель сгонять в Ленинград, но мама меня с ним почему-то не пустила. Хотя за меня попросил брат Витька. Словом, все шло к тому, что в этом году для меня никакого пионерского лагеря не будет, что мне придется все лето кучковаться в Москве.
Пару раз ко мне домой заходил Слав, предлагал скооперироваться, стать аналитиком его группы на правах равноправного компаньона. Но я не мог принять его приглашение, лето поработать вместе в одной упряжке. В тот момент Славку интересовал вопрос, как можно было бы ему наложить лапу на один московский рынок в Черемушках, не потревожив местных ребят и московскую милицию. Я ему категорически отказал, понимая, что, если уступлю и начну ему помогать, то обратной дороги к возвращению в нормальную жизнь у меня не будет!
И вот за три до отправления поезда, я об этом еще не знал, домой приходит брат Витька, он маме тихо на ушко нашептывает о том, что наш директор Гельфанд только решил набирать туристическую группу для восхождения на Говерлу, на поход по Западной Украине.
Мама рысью убежала в коридор, чтобы перезвонить Наталье Николаевне, моему классному руководителю, с которой у нее давно установились отличные отношения. Она долго шепталась с ней по телефону, а потом за закрытыми дверями в коридоре продолжила шушукаться с Витькой. Я уже давно научился так мысленно подслушивать маму, что ни она, ее деревенские заклинания, никакие двери не были для меня препятствием. Одним словом, Наталья Николаевне подтвердила мамке достоверность слухов о том, что Гельфанд набирает тургруппу для похода в Украину. Что стоимость участия в такой группе для родителей составляет пятьдесят рублей с носа!
Словом, мама очень хотела бы, чтобы Гельфанд включил бы меня в состав своей группы, чтобы я не болтался в Москве. Она так испугалась моей встречи со Славкой, который, по ее словам, набрался такой наглости, что уже навещает меня дома. Она была готова на все, чтобы я в составе школьной тургруппы отправился бы на Украину, но у нее не было 50 рублей, чтобы заплатить за мое включение в группу! Денег же, которые у меня валялись на сберкнижке, она принципиально не одалживала!
Зато на моей сберкнижке денег было очень много, даже слишком много денег. Я мог бы в один момент эти пятьдесят рублей перевести на счет группы, который директор Гельфанд открыл в Сберкассе. На этот счет поступали дотационные и родительские деньги на организацию украинского похода. Пару раз мне пришлось заходить в школу, мне требовалась случайная встреча с директором, чтобы залезть к нему в мозги, узнать банковские реквизиты счета. Только во второй визит в школу мне удалось просканировать сознание Гельфанда, в результате я узнал, что и сам поход в Карпаты висит на одном волоске. Всесоюзная пионерская организация оказалась такой неповоротливой, что не могла своевременно перевести на счет группы двадцать тысяч рублей в качестве государственной дотации на организацию этого похода. Из-за всего этого Гельфанд был чрезвычайно грустен и молчалив, он меня, вертящегося под его ногами, так и не заметил.
Я обратился в свою сберкассу, в которой работали знакомые люди, которые хорошо знали, откуда у меня, простого советского школьника, такие большие деньги. Кассир на счет группы перевел сначала пятьдесят рублей, в этом переводе
