Ни один человек, считающий себя современным человеком, никогда не поверит в то, что магия существует в нашем мире, в нашем времени! Люди, как простые обыватели или как высшие приматы нашего мира, привыкли к легко объяснимым и осязаемым вещам.Марк Ганеев полон решимости завершить дело своей жизни, наказать предателей и изменников родины. Ему приходится преодолевать немало препятствий на этом пути. Его друзья всячески поддерживают и ему помогают преодолевать эти препятствия …
Авторы: Егоров Валентин Александрович
Уже покидая нашу квартиру и направляясь к милицейскому Уазику, стоявшему у нашего подъезда, Валерий Офицеров шепнул мне на ухо:
— Гольский тебя срочно разыскивает! Сейчас тебя к нему и отвезем!
Мы долго шли какими-то полутемными или ярко освещенными коридорами, большого десятиэтажно здания на Ленинградском шоссе, к которому подъехал наш Уазик, пока не остановились перед двухстворчатой дверью на шестом этаже. Я не успел прочитать надписи на медной табличке, висевшей слева от этих дверей, как дверь распахнулась, на пороге появилась симпатичная женщина в белой отглаженной кофточке и черной юбке. Улыбаясь, она произнесла тихим голосом:
— Марк Ганеев, Николай Николаевич Гольский вас ожидает в своем кабинете!
Строем и втроем, мы трое, я впереди, а за мной сержант Валерий Офицеров и старшина Сергей Осипов, прошли в кабинет Гольского, который до упора был забит людьми в гражданской и военной одежде. Большинство этих людей сидело за большим овальной формы столом, о чем-то вполголоса переговаривались! При моем появлении разговоры не прекратились, никто из собравшихся людей на меня попросту не обратил внимания.
В этот момент кто-то подошел ко мне со спины и, положив руку мне на плечо, прошептал на ухо:
— Ну, Марк, ты опять что-то натворил! Опять тебя арестовали и под конвоем привезли ко мне?!
Повернув голову вбок, я увидел Гольского, который стоял и мне улыбался, у него явно было хорошее настроение. Он взял меня за плечо и, обращаясь к офицерам КГБ, сказал, что забирает меня, что они могут быть свободными. Уже вдвоем мы подошли к председательскому месту за большим столом. Николай Николаевич занял председательское место, постучал карандашом по стеклянному стакану с водой. Он дождался момента, когда за столом притихнут разговоры, чтобы объявить:
— Уважаемый товарищи, виновник, из которого мы проводим время в этом кабинете, вместо того, чтобы встречать Новый Год дома, найден и к нам доставлен! Прошу любить и жаловать, Марк Ганеев, ребенок вундеркинд и изобретатель. К тому я, как только что узнал, и профессиональный пьяница! Как вы предпочитаете, сначала обсудить этот его низкофазовый радар, возможности этого рада обнаруживать малозаметные и низколетящие цели в воздушном пространстве и на дальнем расстоянии! Или же для начала выслушаем этого отпрыска, который и прислал нам действующую модель радара без каких-либо поясняющих схем и чертежей. Как вы уже знаете, проведя предварительные испытания этого радара, мы получили великолепные результаты. Поэтому мы были вынуждены модель радара разобрать по винтику, чтобы разобраться в его технологической начинке. Собрать обратно этот радар мы собрали, но он по какой-то причине сейчас отказывается работать. Поэтому мы были вынуждены этого молодого человека объявить в розыск, чтобы он помог бы нам разобраться в том, где мы делаем ошибку, собирая в обратном порядке его радар?!
Домой я вернулся далеко за полночь, мама еще не ложилась спать, ожидала моего возвращения. Я залез в холодильник, достал заветную сковороду с любимым пловом, разогрев ее на газовой конфорке, принялся уплетать рис с фаршем за обе щеки прямо со сковороды, а мама сидела на кухне со мной рядом. За вечер она не произнесла ни единого слова, не задала мне ни единого вопроса, просто сидела рядом и смотрела на меня. Сам не знаю почему, я принялся ей рассказывать о том, что же происходило на совещании в конструкторском бюро Гольского.
Разумеется, тогда я быстро разобрался в причинах отказа своего радара, но в тот момент меня озарила новая идея переделать его в пассивный приемник сигналов. Перепаяв кое-что в его схеме, я увидел, как на мониторе появилось множество целей засветок. Радар как бы стал приемником всех отраженных сигналов, мне оставалось только классифицировать эти цели, а также придумать источник, чьи сигналы этот радар уверенно бы регистрировал. Мужики в зале начали, чуть ли с ума не сходить от полученного результата. Они, не стесняясь своих наград и чинов, спорили со мной, щелкая тумблерами на передней панели управления радаром.
Мама же в момент моего рассказа продолжала сидеть рядом, в такт, моим словам, кивая головой.
На работу в мастерскую Научно-исследовательского института Химической физики, я так и не вернулся, хотя мне пару раз перезванивал ее начальник и, предлагая всякие бонусы, просил вернуться на работу. Когда я окончательно и категорически отказался, то он тогда попросил меня вернуться на пару дней для того, чтобы довести до ума один прибор, за который я взялся незадолго до встречи Нового Года.
На эту работу у меня ушло две недели, хотя начальник и обещал заплатить большой гонорар за эту работу, но я так
