Машина Ненависти

Подумал, и вдруг опустил взгляд, словно убоявшись гнева Хозяина. Только пальцы, стиснувшие добела рулевое колесо, выдали бурю чувств. Прозрение оказалось полным неожиданной болезненности, словно тупым осколком стекла неторопливо водить по оголенному нерву.
       Пес!
       А ведь и правда, он — пес! Верный, прирученный, вышколенный доберман в строгом ошейнике. Ради Хозяина он пожертвовал семьей, и ни на секунду не засомневался!
       Правильно жена говорила — цепной пес! Вот, кто он. Не Устранитель Проблем, а чудовище на поводке. И ушла она не из-за фамилии Хозяина, а от презрения к песьей жизни, что ведет Волошин.
       Ветровое стекло медленно покрывается дождевыми каплями, сквозь призму воды мир вокруг посерел. В салон незаметно прокрался мертвенный холод. Такой же безучастный, как окатившее Волошина спокойствие.
       Эмоционального взрыва — как ни бывало…
       Поправить узел галстука, проверить оружие в кармане. Бросить взгляд в зеркало. Все движения скупы и расчетливы, никаких лишних чувств. Пальцы легли на ручку двери, с легким чмоканьем замка внутрь ворвались звуки принявшего осень мира.
       Наружу вышел голем, не человек.
       «Цепной пес, — мысленно распробовал Волошин. — И пускай… у нас у всех есть Хозяева…»
       К дому Хозяина он двинулся уже без лишних мыслей. Теперь он точно знал, откуда такое впечатление от элитного жилища.
 
    * * *
       Когда дело пахнет керосином, не доверяют даже цепным псам. Это Волошин понял на посту охраны дома. Утроенная вахта обыскала его так тщательно, что он всерьез стал опасаться, что сейчас услышит хруст хирургических перчаток, чтобы потом полезть искать бомбу к нему в анус.
       Видимо, кто-то из внутренней охраны воспринял гибель сына Хозяина как покушение на него самого. Верное решение, но, почему-то, Волошин надеялся, что уж его-то персона здесь вызывает доверие.
       В лифтовой кабине глядеть на себя в «волшебное» зеркало он не стал. Прихорашивайся или нет, вид у него все равно хреновый, а веселить наблюдателей гримасами он не желает.
       Когда с успехом прошел и второй пост охраны, у входа в апартаменты Хозяина (здесь его тоже обыскали), Волошин подобрался. Неизвестно, как на самом деле переживает Хозяин гибель сына, и как воспримет сегодняшнюю неудачу.
       На этот раз его приняли в сравнительно небольшом кабинете. В отличие от прошлого, больше напоминающего музейную залу, этот дышит структурной деловитостью. Идеальное сочетание естественного освещения из широкого окна, света ламп и пространства. Из мебели только лакированный письменный стол, напротив два кожаных кресла, у стены, под старомодной картиной с пейзажем, — кушетка. Ничего лишнего: ни книг или декоративного искусства, ни пылинки. Здесь все максимально приспособлено для размышлений.
       В идеально сидящем костюме, будто только что из-под иглы портного, Хозяин откинулся в кресле. При виде Волошина полудружеская улыбка сменилась удивлением.
       — Ну, дорогой… Что с тобой приключилось? На голову кошка упала?
       — Вроде того, — уклончиво ответил Устранитель Проблем, хотя уж Хозяин-то наверняка в курсе событий.
       — Садись, дорогой. Выпьешь?
       Волошин покачал головой, опустился в мягкое кресло. Машинально отметил его удобность, еще чуть-чуть, и позвонки с хрустом встанут на место в заботливых объятиях ортопедического трона.
       — Рассказывай, с чем пришел?
       Голос Хозяина спокойный, ровный, как стекло. Словно и не было ничего, и не его сына сейчас лучшие посмертные доктора старательно гримируют для похорон. Впрочем, откуда ему, псу, знать как на самом деле должны вести себя Хозяева.
       Стараясь не упустить ничего, Волошин рассказал о событиях дня. Хозяин слушал настолько внимательно, что Волошин поневоле старался не заикаться. Наконец, в кабинете повисла тишина.
       За окном нарастала капель. Быстро темнело.
       Хозяин пошевелился, Волошин услышал:
       — А девчонка?
       — П-пока мы ее не нашли. Поиск по мобильному н-ничего не дал. То ли в-выбросила, то ли п-потеряла.
       Хозяин кивнул и промолчал. Так и не дождавшись ответа, Волошин рискнул спросить:
       — А ее н-начальник? Директор «Синего Джинна».
       Хозяин взглянул остро, но голос остался мерным и сухим, как сыплющийся песок в древних часах:
       — Правильно мыслишь, но его, пожалуй, исключай пока из сферы интересов. Он заверил клятвенно, что как только Верникова объявится, сразу отдаст нам. Он сам не в восторге от происходящего, хотя, должен признать, теперь