Машина Ненависти

— Далия…
       — Еврейка, что ли?
       Даля обиделась.
       — Нет.
       — А-а, хорошо.
       И снова замолчал.
       Далю это стало раздражать. Она нахмурилась, бросила резко:
       — И что ты молчишь?
       От неожиданности парень упустил чизбургер, в стороны разлетелись мелкие куски капусты. Он поднял голову, в глазах читается паника. Спросил в испуге:
       — А что случилось?!
       — Как «что»? Я тебе рассказала все эти ужасы, а ты — ешь!
       Он поморгал, сказал виновато:
       — Я не ужинал.
       — А?
       — К тому же на людях я всегда нервничаю. У меня демофобия.
       — Что это?
       — Боязнь людных мест.
       «Блин!» — только и подумала Даля.
       — Извини… просто, понимаешь, у меня день такой сегодня выдался… я устала… и мне страшно.
       Данил пожал плечами, снова принялся за еду. Буркнул неразборчиво:
       — Поедим, потом двинем ко мне. Там и решим, что делать дальше.
       «Спасибо за понимание, и за то, что утешил», — пронеслась язвительная мысль, но вслух Даля решила ничего не говорить.
 
    * * *
       Когда Neo_Dolphin закончил с двумя чизбургерами и принялся за кусочки курицы и картошку, щедро макая все в соус, Даля попыталась снова представить его комплекцию под пайтой. Может быть, он не такой худой, раз в него столько влезает?
       Чтобы как-то разрядить обстановку, она проговорила:
       — Так странно все…
       — Что?
       — Встречаться с тобой странно.
       — Почему?
       — Ну, — она смутилась. — Столько общались, так долго. При этом незнакомы… а теперь… вот…
       — Очарование тайны пропало?
       — Нет… просто странно.
       — Все дороги веду в Рим, — Neo_Dolphin как-то очень нервно пожал плечами, что никак не вязалось с философской поговоркой.
       — Что это значит?
       На миг он поднял глаза, она отметила в них удивление, потом, видимо, все-таки понял, что она имеет в виду отнюдь не расшифровывание поговорки, а смысл, к которому он ее привязал.
       — Я работаю с информацией. И знаю, что прикасаясь к чему-либо, уже не остановиться. Особенно, если информация тебе интересна. Такова человеческая природа. Ведь в Интернете она остается точно такой же, как и в рилайфе.
       Он отхлебнул кофе:
       — Понимаешь, сама посуди: есть у тебя конструкт в сети, точная копия твоей личности. И вдруг она находит там же другой конструкт и начинает дружить. Неужели тебе не будет интересно знать, кто он — оригинал второго конструкта? Неужели не захочешь найти его? Вот так же и мы — неизбежно встретились бы.
       Из всего его занудного объяснения Даля ярче всего запомнила про информацию, которая ему интересна. Значит, она его интересует? Забавно. Главное теперь сдержать улыбку и не дать краске залить щеки.
       Наконец, он доел. С маниакальной тщательностью вытер пальцы ворохом салфеток, не удовлетворившись результатом, сходил вымыть руки. Когда вернулся, буркнул:
       — Пойдем.
       Поднявшись, Даля заметила, что Neo_Dolphin почти на голову выше нее. При этом, кажется, вес у них одинаковый…
 
    Глава 28
    Запах и сон
       Москва, 11 октября
       В такси, за всю дорогу к его дому, Neo_Dolphin не проронил ни слова. Что-то глупое, но чрезвычайно сильное сдерживает. Стоит хоть на миг поднять глаза — речевой аппарат блокируется.
       Он покосился на Далю. Девчонка оказалась еще красивее, чем он себе представлял. В ней нет этой намеренной и блевотной жеманности, что дуры зовут кокетливостью. Зато она подтянута, ее спортивная фигурка так и притягивает взгляд! Сразу видно, что она, несмотря на сквозящую в каждом движении женственность, не побоится ничего. Это как в аниме, его любимом жанре, когда хрупкая на вид принцесса в состоянии быть эрудированной собеседницей и через пять минут вступить в драку. И речи не будет о сломанном ногте или, ах-ах, о синяке на атласной коже! Она идеальна! В сравнении с ней, Neo_Dolphin просто жалок. Болезненный, с постоянной аллергией, худой и…
       «Зато умный, — тут же поправился он. — И вообще, попридержи троянов, парень. Что-то ты размечтался. Ты ей явно не интересен…»
       Однако пришлось признать, что последняя мысль сопровождалась сильным аккомпанементом сожаления. Ведь девчонка — супер!
       Даля повернулась, пришлось срочно отворачиваться к окну. Глядя на вечерний город, мрачный, серый, почти бесконечный лабиринт бетонной зубчатки, он подумал с тревогой:
       «Черт! А ведь мне придется