Эрику с середины года переводят в новую школу, где уже много лет существует странная традиция «Master — Devil» — студент из элиты имеет право выбрать себе из числа остальных студентов «прислугу за все». Она тут же становится Devil, этой самой девочкой на побегушках местного плейбоя Кейна. Он всегда относится с пренебрежением к ней — считает только игрушкой, существующей для выполнения его прихотей, но правда ли это? На самом ли деле он такой отвратительный и грубый? Или за этим стоит что-то большее? И что будет, если кто-то, куда более приветливый и добрый, предложит Эрике поменять хозяина?
Авторы: Amberit
на прогулке. Помнишь мои слова, что Шир защищал меня? — Кейн молча кивнул. — Ну так вот, Ник тогда… — я замялась. Если сказать, что он пытался меня поцеловать, Кейн опять впадет в ярость. — Ник попытался взять меня под руку, — смягчила я события, насколько смогла. — И Шир встал между нами, словно защищал меня. Вот и все.
Кейн встал и вышел из комнаты, ничего не сказав, но, пока я соображала, что такого сказала, вернулся.
— Эрика, — он провел пальцами по моей щеке. — Я хочу кое-что тебе подарить. Честно говоря, меня терзали смутные сомнения, стоит ли это делать, но, похоже, это просто необходимо.
Он взял мою руку и застегнул на ней браслет красивого ажурного плетения с маленькой подвеской в виде льва.
— Кейн, — восхищенно протянула я, и тут же подозрение закралось в мою голову. — Слушай, ты же говорил, что не любишь всей этой сентиментальной чепухи?
— Не люблю, — подтвердил он, усмехаясь. — Это не обычная побрякушка. Посмотри повнимательнее.
Я начала разглядывать браслет. На первый взгляд это было ювелирным украшением — тонкая вязь сплетенных полосок. Только вот застежка была странной — от нее отходила еще цепочка из трех колец. Я недоуменно подняла взгляд на Кейна. Тот вместо ответа поднял свою руку — на ней был точно такой же браслет с аналогичной застежкой. Кейн соединил наши руки вместе, что-то сделал — и мы оказались скованными вместе.
— Мне иногда кажется, что тебя нельзя отпускать дальше, чем на расстояние вытянутой руки, и этот браслет будет существенным подспорьем в выполнении этой сложной задачи, — опять усмехнулся Кейн. — Стандартные наручники будут вызывать подозрения, тебе не кажется?
Он опять что-то сделал, и браслеты расцепились. Я изумленно рассматривала свою руку, только сейчас замечая, что цепочка сделана… из стали?
— Точно, — подтвердил Кейн. — Это сталь. Прочная, как меня уверили, так что браслет не порвется. А вот подвеска сделана из белого золота. Не могу же я подарить своей любимой девушке какую-нибудь дешевку на день Святого Валентина? — улыбнулся он.
— Кейн, — только и смогла сказать я.
— Я не буду вставлять себе сережку в ухо, как Дерек, — серьезно сказал мой Мастер. — Но теперь мы связаны друг с другом. Пока ты не снимешь браслет, я буду знать, что мы все еще вместе.
— Я люблю тебя, — прошептала я.
— Я тоже люблю тебя, — тихо сказал он в ответ. — Так что помни, что в случае чего я соединю браслеты и никуда тебя не отпущу, — сказал Кейн совсем другим тоном и нежно шлепнул меня. — И дай мне доиграть, а то скоро явится Кэтрин, и вот тут-то начнется все веселье!
Когда Кэтрин постучала в нашу дверь, мы уже были полностью готовы. На этот раз Кейн без разговоров одобрил мой наряд. Там не было ни вырезов, ни голых спин, ни коротких подолов. Темно-синий шелковый, чуть прозрачный, брючный комбинезон с воротником — стоечкой обнажал только руки, а довольно свободный покрой не демонстрировал всему свету соблазнительные изгибы моей фигуры, давая только легкий намек на них. Зато на талии был завязан бантиком красный шарфик — да, я хотела подарить Кейну себя. Судя по вспышке в глазах Мастера, он вполне оценил это. Браслет с золотым львом на руке и сережка в ухе были единственными украшениями, но мне этого было вполне достаточно.
Ресторан был украшен розовыми и красными шариками в форме сердечек. Внутри все было обустроено для влюбленных парочек — столики на двоих, покрытые розовыми скатертями, со свечами в форме все того же сердца. В центре зала освободили место для желающих покружиться в танце. Играла исключительно медленная, романтическая музыка, навевавшая на меня некоторую тоску. Не знаю, как остальных девушек, но лично меня обилие розового и красного в зале слегка раздражало, а увидев, что и меню сегодня было напечатано на розовенькой бумаге, вырезанной в уже поднадоевшей форме сердечка, я передернулась. Кейн чуть прижал меня к себе.
— Что случилось? — тихо спросил он.
— Ничего, — покачала я головой. — Меня раздражают все эти розовые сентиментальности, вот и все.
— Меня тоже, — признался он. — Но Кэтрин, похоже, нравится.
Ребята быстро составили вместе три стола, заявив официанту, что мы желаем сидеть все вместе. Естественно, никто и слова им ни сказал. Желание клиента — закон.
Выбирать еду я предоставила Кейну, не желая даже в руки брать эту розовую гадость — меню. Мэтт начал было шуметь, что нам надо было пойти, как в прошлый раз, в суши-бар, потому что там „так прикольно есть палочками“, но Дерек быстро остановил его, напомнив, что этими самыми палочками он чуть не выколол глаз сначала себе, а потом Кэтрин. Мэтт сник и замолчал. Ровно на две минуты. После этого
