Мастер теней

примитивной от этого она не стала, если вообще можно назвать шахматы примитивной игрой.

И я быстро понял, отчего так добродушно ухмылялся парень-вампир. Неизвестно, был ли у него разряд по шахматам, но тактика отработана на пять с плюсом. Напряжение достигло пика, когда пацан за пять минут боя снял с меня больше половины ХП. Пришлось юлить, использовать бонусы от «местности» на шестигранной карте, применять хит-энд-ран, кастовать, в меру своих скромных магических сил. Тогда поджал губы и мой противник, обдумывая каждое действие и совершая ход буквально на последних секундах тайм-лимита.

— Молодой человек, уступите место женщине.

Я повернулся на дребезжащий голосок. Древняя старушка по соседству глядела с укором.

— Да не нужно, нам ехать недалеко, — отмахнулась только что вошедшая в вагон женщина, с явным трудом удерживая на руках девчонку, лет пяти.

Я со стыдом вскочил. Разозлился на себя — так недолго стать отморозком, «засыпающим» на сидячих местах при виде женщин и стариков. Поспешно кивнул на освободившееся место:

— Присаживайтесь. Извините, что сам не увидел — фильм в очках глядел.

Старушка что-то миролюбиво пробубнила, женщина с дочкой уселись. А я с ужасом услышал в наушниках:

— Поражение!

Твою…

Черт! Пока я башкой вертел да кивал, вышли установленные десять секунд на ход.

Пацан улыбался во все тридцать два. Наверное, сейчас загребал опыт лопатой. Мне же достались жалкие крохи.

«Повезло тебе, — отпечатал я в чате. — Давай повторим через пару часов?»

Мгновенно пришел ответ:

«Ну-у-у-у-у-у-уб!»

Ах ты ж засранец…

К дому Лилит я добирался от метро пешком. Очки дополненной реальности вели по маршруту, удобно отмечая оный прямо на асфальте желтыми стрелками. У некоторых игроки оставляли шутливые виртуальные граффити, другие пестрили подсказками и предупреждениями в духе:

«У таджика на углу чебуреки не покупайте! У него под прилавком коробка «Вискаса» стоит — не иначе начинку приманивает!».

Наконец, я свернул в знакомый дворик. У домофона на секунду задумался, вспомнил о камерах видеонаблюдения и постарался встать так, чтобы меня не было видно. После чего набрал номер квартиры Лилит.

Честно говоря, моя решительность дала трещину.

А что, если все-таки вампир-убийца не солгал и меня «заказала» Лиля? Черт его знает, что в женской голове творится? Ну, допустим, Лиля была всегда предусмотрительной и хитрой, продумывала каждый шаг на десять ходов вперед. Так ведь все ошибаются.

Дверной сигнал пискнул в последний раз и смолк.

Я повторил.

«А если все-таки это она? Что если Лиля избавляется от конкурентов? Для нее «Престолы» не просто игра, а стабильный заработок, причем — не малый. А на мне одном Гильдия не держится, как бы мне того ни хотелось. В Утгарде полно крутых игроков…»

Домофон чирикнул и заткнулся.

У меня сердце екнуло.

Да что ж такое? Почему не отзывается?

Я повертел головой, выискивая скрытые камеры. Это вполне в манере Лили — окружить себя непробиваемой защитой. Девушка живет одна, а это всегда лакомая цель для всякого сброда. Но как я ни старался, камер я не увидел.

Тогда я набрал номер квартиры, одновременно совершая вызов на смартфоне.

«Извините, вы в черном списке этого абонента».

Жаль, что я не курю. Кажется, в таких вот моментах нужно взять себя в руки, успокоиться и закурить. И тут же голову начнут посещать дельные мысли.

Что ж, попробуем оценить ситуацию.

Первое.

Скриншот, который продемонстрировал Ульв де Варг. Его мог сделать только тот, кто был со мной на такте в момент атаки маркизы де Плерон. А именно: Стальные Ятра, Бродяга, маг Звездочет, Сид, Barbozza и Wishmaster. Каждый из них записан в моем френд-листе и мог сделать скриншот.

Второе.

Лилит, та, которую мы все знаем и любим, ни за что бы не стала предавать не только друзей, но даже товарищей. Борьба за первое место в Гильдии теней — не аргумент. Ее и так все знают и уважают, она не одну сотню раз бывала на закрытых совещаниях руководителей крупнейших кланов, участвовала в дипломатических миссиях и в прочих ответственных заданиях. А после Дикой охоты за Гильдией вообще утвердился имидж той военной компании, что станет бороться до конца, преодолевая самые тяжкие преграды, но никогда не отступится и не предаст. Именно за такой статус Лиля и боролась. Пусть она и ревновала меня к Гильдии (женщина, что с нее возьмешь), но вопрос выживания клана для Лили важнее всего. Не зря мы в шутку зовем ее мамой Вонг.

Третье и, наверное, самое паршивое.

Если воду