Мастер теней

режим!

— Что?..

Ближайших ко мне снайпер, которому не нашлось места, и теперь он бегал вокруг кучи малы, пытаясь подарить Дашке и свой пинок, обернулся. Я с рычанием налетел, рубанул гардой в челюсть, тут же, сорвав дистанцию, добавил коленом в пах. Зараза еще не успела брякнуться наземь, когда я, уже не глядя, пырнул коротким клинком. Мельком отметил лишь сообщение об успешной атаке и крите.

Следующего «мстителя» я спокойно и без угрызений совести порубал в капусту. Тот, стоя спиной ко мне, наверное, даже не понял, что произошло.

Тут забияки стали оборачиваться. В глазах шакалья радость сменилась растерянностью. А у третьего еще и нос стал набекрень, потекла кровавая юшка.

— Ты кто, твою мать?!

Кажется, снайпер только хотел это спросить. Не уверен точно. В горячке боя ток времени стал иным. В любом случае, ему я ответил прямым ударом сапога в грудь. Крутанулся, выписывая саблями диагональ. Свист рассекаемого сталью воздуха сменился диким воплем мужика, чьи руки, укоротившись по плечи, вдруг упали на землю.

Последний стрелок сориентировался верно, бросился наутек. Но тут же столкнулся с давешней Дашиной проблемой. Толпа с хохотом пихнула его обратно в круг. Так, что на мои клинки он налетел сам. Я только злорадно двинул мечами, проворачивая в ране и разводя в стороны. Мужик завопил от боли. А, когда у него остался минимум Здоровья, ударом меча перерубил его лук.

— Бросить оружие! — рявкнул я. — Полиция Майями.

— Да кто ты такой?! — истерично прогундосил тип со сломанным носом.

Вместо ответа я вынул из слота кулон «Безликий».

— Серый Лис?! — вылупилась Даша.

Крики стихли. В толпе пронесся шепоток.

— Вы посмели тронуть наемника Гильдии теней, — отчеканил я, грозно поводя мечами. — За это полагается смерть и травля… Играть сможете только в Лимбе! Если не сдадитесь.

Больше спорить и выяснять отношения никто не стал. Ошеломленные напором, трое раненных стрелков легко повелись на мой треп о «травле» и швырнули луки в пыль.

То, что мне и нужно было!

Вы желаете принять капитуляцию врага?

Ага, щаз!

Снайперы вздрогнули одновременно, когда вместо пощады выскочило сообщение, что я готов взять их двойников рабами.

— Ну? — сквозь зубы подбодрил я. — С чем-то не согласны?

Выбор у бедняг невелик: либо подыхать и все равно становиться рабами, либо уйти с позором, но еще и с серебром.

Поздравляем!

Враги повержены!

По результатам боя Вы получаете … единиц опыта и 3 рабов.

Эх, чертов Турнир. Не видно, сколько заработал…

Одним движением я закрыл шильду системного сообщения, предварительно направив новых рабов в Поместье теней.

Толпа зааплодировала.

— Козлы, — поблагодарил я в ответ. — Хоть бы кто-нибудь помог слабому.

— В штанах у тебя слабый, — огрызнулась Дашка, с кряхтением поднимаясь. — Кто тебя вообще звал, терминатор фигов? Сам бы справился!

— Вот он и на Арене так, — наябедничал обидчиво один из зевак. — Достал просто: судей обматерил, зрителей, других участников…

С ответом я не нашелся. Даша такая, она и дьявола заставит покраснеть…

— Умеешь ты завоевывать зрительские симпатии, — сказал я.

Толпа рассосалась понемногу. Явились нахохлившиеся стражники, хотели было всех повязать за драку, влепить штрафы, но я важно, как депутат гаишнику, продемонстрировал высшее разрешение от Ульва на особый статус. От нас тут же отстали. Чего нельзя сказать про зачинщиков драки — их куда-то увели.

— Я не пятак, чтобы всем нравится, — нагло пропищала Даша.

Мы бродили по улочкам, понемногу отдаляясь от Арены.

— Это уж точно, не пятак. Хамка малолетняя.

— Ой ли? Когда на кого-то указываешь пальцем, знай, что в этот момент три из них глядят на тебя.

— Где ты понабралась этой пошлятины?

— Не умничай, Рыжик, — отмахнулась Даша. — И так настроение хреновое, а тут еще ты с нравоучениями.

Я спросил запоздало:

— А что с настроением? Как соревнования прошли?

Стальные Ятра отвернулся, почесал длинное острое ухо, буркнул:

— Второе место заняла. А должна была — первое.

— Что так?

— Штрафные баллы влепили.

— Наверное, — хмыкнул я, — несправедливые судьи попались? Не оценили богатства твоего словарного запаса?

— Сейчас нарвешься!

Провоцировать девочку и дальше я не стал. Где-то слышал, что подростки все поголовно легкоранимые и обидчивые. Сказал миролюбиво:

— Слушай, ну ведь и второе место — круто. Сама подумай, тебе четырнадцать лет, а ты влегкую переплюнула всех остальных.