Мастер теней

я кивнул. — Ведь положительные эмоции возникают только тогда, когда на все положил.

Рагнар выглядывал из-за спины Ядвиги и рот у него не закрывался. Помогая девчонке застегнуть пряжки доспехов, седой велет рычал от избытка чувств:

— Хорошо, что вы взяли тридцатые уровни. Молодцы. Даже Веласкес набил, хотя магам опыт дается намного труднее.

— У меня тридцать первый, — похвастался я, борясь с застежками наручей.

— Даже не хочу знать, где ты его получил, — осклабился людоед. — Больно рожа у тебя хитрая.

— Ну вот, — я со вздохом вогнал меч в ножны, — всегда люди судят по стереотипам. Раз рыжий, значит — хитрый. А ведь я простой, рубаха-парень, в жизни кирпичи за пазухой не носил.

— Я сейчас расплачусь, — скривилась Ядвига. — Из тебя такой же ранимый интеллигент, как из моих портянок — чулки.

— О, мы уже настолько близки, милая барышня, что речь зашла о вашем белье…

— Тихо! — гаркнул Рагнар.

Великан, наконец, справился с панцирем Ядвиги, отступил на шаг.

— Я говорю: хорошо, что вы новые уровни взяли… Цыц, я сказал!.. Так вот, перевели вас, бравые вы мои, в новый дивизион. Согласно регламенту Турнира, если все соперники идут ноздря в ноздрю по Спецификациям, дивизионы сдвигаются.

— Тогда не перевели, а просто уровень дивизиона повысили, — педантично поправил горбатый маг.

Ядвига одобрительно кивнула. Рагнар цыкнул:

— Не умничай, энциклопедия. Главное, чтобы дошел смысл послания!

— А в чем смысл? Все сгорит?

— Типун тебе на язык! Смысл в том, дорогие мои, что новые ваши спеки на Арене очень пригодятся. Лис, что выбрал?

— «Разведчика» закрываю.

Велет презрительно засопел:

— Лучше бы нормальную мужскую Спецификацию выбрал, мордобойную. Ладно… Веласкес?

— Магию животных начал, — спокойно отчитался Веласкес. — Теперь к полному «Оборотню» бонус, как магический, так и в драке.

— Орел, Веласкес! Хороший козырь в рукаве! У всех маги хлипкие, но мощные в колдовстве, а у нас наоборот — волшебник так себе, зато в морду может дать крепко.

Горбатый маг сарказма не распознал и горделиво приосанился.

— Ядвига? — сощурился полевой командир.

Девчонка, проверяя балансировку клинка, уронила деловито:

— «Оборотень» закрыт, могу немного в волшбе Веласкесу помочь. Начала «Убийцу».

Рагнар вздернул палец:

— Вот! Хоть один нормальный боец в команде! А то не поединщики, а бродячий цирк какой-то: разведчики, заклинатели змей…

— Волков заклинатели, — обидчиво вскинулся Веласкес.

— Вот и я о том же — вам бы к Куклачеву в труппу, а не на Арену.

Полог шатра качнулся, внутрь шагнул огромный велет. Показалось, что в шатре стало тесно.

— Хёвдинг! — вытянулся Рагнар.

Ульв де Варг взмахнул дланью, что на самом деле была когтистой лапищей, размером с лопату:

— Оставьте нас с наемником наедине.

Бойцы «Волков» без лишних вопросов выскользнули наружу. Рагнар, как мне показалось, сделал это даже с облегчением, стараясь на смотреть в суровый лик Ульва.

«Не верит в нашу победу? — пронеслось у меня в голове. — Заранее извиняется, что ли?»

Едва мы остались одни, Ульв разом сгорбился, тяжело опустился на стул. Огладив черную с проседью бороду, проронил:

— Рассказывай, наймит. Есть новости?

Голос хёвдинга звучал гулко, как из опустевшей винной бочки. Но порадовать узника «Престолов» мне пока было нечем.

— Ищу, даже землю рою, но пока ничего конкретного сообщить не могу.

Ульв метнул острый, преисполненный подозрения взгляд:

— Хорошо ищешь?

— Мог бы и лучше, — сказал я честно, — однако мешают.

— Новое покушение?

— Хуже. На Ренар, гм, на мои земли началась атака. Волкодав бросил приличное войско, боюсь, не устоим.

— Волкодав! — в сердцах плюнул Ульв. — Чтоб он в Пропасть угодил!

Я только усмехнулся. Никогда не верил в подобные страшилки: что в городские мифы, что в виртуальные, но сейчас был с хёвдингом солидарен. Неплохо было, если бы волкодав сгинул. Хотя, нужно признать, легенда о Пропасти заставляет шевелиться волоски на спине.

Этот крипи-мем зародился в игровом сообществе примерно полгода назад. Медиавирус, получивший название «Кладбище артефактов». Суть в том, что, мол, где-то на бескрайних просторах Интернета, в облачных сервисах, на миллиардах серверов, где-то есть место, которое шепотом называют Пропастью.

В Пропасть улетают несохранившиеся осколки игр. Кто его знает, почему это стало происходить.