В Утгарде грянул ивент «Морские волки». В честь масштабного события разработчики объявили Турнир с такой наградой, что никто не остался равнодушным. И в портовый город Йотунбург полетели искатели приключений и гонцы кланов, вольные бойцы и наемники всех мастей. Казалось бы, всех ждет незабываемое зрелище, но появился некто, пожелавший взять народ Волкоголового бога за глотку. Ради чего все затевалось? Что такое мод Смерти? Почему его жертвами стали члены королевских фамилий? Вопросов неприлично много, а ответов, как обычно, отчаянно мало. А тут еще и в Гильдии теней завелся предатель… Счет идет на минуты. Успеет ли Серый Лис разобраться?
Авторы: Трой Николай Ник Трой
что-то другое.
Лиля промолчала. Пришлось мне, забыв всякую деликатность, упорствовать:
— Говори, Болотная ведьма! Тебе же известно имя… предателя.
Глядя куда-то во тьму Лимба, Лиля произнесла:
— Я с самого начала знала, кто сливает информацию на сторону. Но устраивать казнь не хотелось. Нужно было понять — на кого он работает.
Я встрепенулся:
— Да как же так?! Почему ты мне сразу не сказала?! Мы бы хоть Поместье сохранили!
— Не могла я…
— Почему? Ты же знаешь, мне можно доверять!
— Я знаю, — не поднимая глаз, прошептала Лиля. В ее голосе читалась мука. — Но речь сейчас идет не о доверии.
— А о чем? — не унимался я. — Престиж? Деньги? Шантаж?
И вдруг в голове сложилось, наконец-то, два плюс два. Я спросил:
— Дело в особенном отношении к предателю?
То ли от слова «предатель», то ли от «особого отношения», но Лиля вздрогнула. А я получил лишнее доказательство того, что ей давно все известно.
— Но, — вот теперь мое недоумение было неподдельным, — почему Дашка так поступила? Вы же сестры!
Лиля только выругалась.
Лилин шепот, словно в тон безмолвию Лимба, пульсировал какой-то тонкой, воздушной мелодией. Я слушал не перебивая, полностью впитывая в себя новый образ любимой девушки.
— Знаешь, — шептала Лиля, — я ведь не смогу уже жить по-другому. Гильдия теней для меня слишком много значит. Нет-нет, это не то, о чем ты подумал. Дело не в усилиях и времени, которые в нее вложены. И даже не в тщеславии. На самом деле мне глубоко плевать на титулы и ранги. Даже смешно иногда, когда виртуальные политики всерьез друг друга величают «ваше благородие», «ваша светлость». Но приходиться сдерживаться, давить смех и включаться в игру.
Я слушал жадно, все больше узнавая любимого человека. На моей памяти Лиля разговорилась впервые.
— Знаешь, — говорила Лиля, — а ведь я совсем не та, за кого вы меня все принимаете. Вот ты был у меня дома… Круто? Тебе понравилось? Хай-тек, студия, хрен знает сколько комнат и квадратных метров, реальная крепость…
Я промолчал.
— Компенсация, — припечатала Лиля. — Все, что ты видел — компенсация. Я люблю хай-тек, но не до такой же степени. Понимаешь, Слава…
Я все понимал…
Девочку с малых лет воспитывали в строгости и послушании. Семья была бедной, жили от зарплаты и до зарплаты.
«Чтобы добиться успеха, — вдалбливали Лиле родители с детства, — нужно всегда стремиться к мастерству. Быть лучшим во всем».
Вдалбливали абсолютно верно, плох тот, кто довольствуется рангом среднячка, но… В нищих и каких-то забитых родителях Лиля не видела успешных карьеристов. Их цели на производстве, на заводах, где оба всю жизнь пропахали, ничего не значили и ничего собой не представляли. Родители легко соглашались впахивать по выходным и перерабатывать. Но это было совсем не тем, что обычно называют успехом.
Но Лиля честно пыталась следовать заветам. Она росла, получала медали в школе, грамоты на олимпиадах и красные дипломы с отличными рекомендациями в вузах. Но только до тех пор, пока не поняла, в чем самая главная беда родителей.
Их место было определено условиями жизни. Их должности и зарплата — начальством. Их карьерный рост ограничивался разрядами. При всех их положительных качествах, никто их самих не научил, что за свое счастье нужно бороться. Что нужно выходить за рамки. Не идти по трупам, а просто иметь смелость рисковать и пробовать, подниматься после неудачи, и вновь пробовать.
И Лиля пожелала все изменить.
Забыв о дипломе специалиста какой-то слишком уж заковыристой гуманитарной профессии, Лиля начала все сначала. И ее выбор пал на индустрию виртуальных игр.
Отражением ее семьи была семья родного брата отца. То есть, родителей Даши. Там с деньгами все было в порядке, но о морали предпочитали не слишком думать. Все силы, вся смелость была брошена на добычу, на зарабатывание денег. На единственную дочь времени не оставалось.
И вот, балуя ребенка, снабжая его килотоннами банкнот, родители одновременно терроризировали его.
«Даша, — нудили они, — погляди на Лилечку! Умница, красавица, учится на одни пятерки и уже для своего возраста востребованный специалист с чудесными рекомендациями!»
— Ломали ее, — горько рассказывала Лиля. — Вместо того, чтобы дать ей любовь, они давали ей деньги, одновременно упрекая именно в том, что она их берет. О какой учебе можно было говорить?
В общем, так получилось, что на открытие бизнеса Лиля занимала деньги именно у родителей Даши. Под проценты, что немыслимо для родственников, но это было чистой правдой. А родители
