Мастера детектива. Выпуск 3

Ренардо.
Но Ренардо не сообщил ничего нового. Он тоже слышал крики, выстрел, почувствовал запах пороха, осмотрел оба пустых кабинета. Ничего больше он не знал.
– Я все думаю, – сказал Марей, – а не украл ли убийца еще что–нибудь, кроме цилиндра? Записи, наметки, наблюдения над опытами, которые проводятся?
Оберте выдвинул ящики стола, разложил папки.
– На первый взгляд все как будто на месте. Я проверю.
Марей машинально постукивал по книжке с адресами.
– Никаких визитов с утра? – снова спросил он.
– Нет, – сказал Бельяр. – Никаких.
– Хорошо… Господин директор, закройте, пожалуйста, сейф, прошу вас. Затем вы его откроете, как обычно, ни быстрее, ни медленнее.
– Дело в том… что у меня нет с собой ключа. Он в моем кабинете… Разрешите…
Оберте позвонил своему секретарю, потом, заметив во дворе служащего со счетчиком Гейгера, спросил:
– Ну как, Гоше? Ничего?
– Ничего, – ответил тот. – Я проверил все закоулки.
– Спасибо. Можете быть свободны.
Гроза удалялась, последние ее раскаты еще грохотали где–то за домами. Над гравием клубился легкий пар. Пролетел стриж.
– По–моему, – сказал Марей, – когда убийца вошел, сейф был уже открыт. Сорбье, возможно, услышал шум в соседнем кабинете. Он отворил дверь и был убит на дороге…
Марей повернулся к двум инженерам.
– Прошу прощения… Не могли бы вы нас оставить на минутку?
Как только они вышли, он спросил:
– Господин директор, какое слово служило шифром в замке?
– Линда.
– Кто знал это слово?
– Сорбье и я.
– Сорбье никому не мог его доверить?
– Никому. В этом я абсолютно убежден.
– У меня из головы не выходит это заказное письмо, – снова начал Марей. – Трудно не уловить связи между этим письмом и преступлением, в совпадения я не верю. Может быть, Сорбье знал преступника? Может быть, ему сделали какие–то предложения?
– Он получал много денег, – заметил Оберте. – К тому же он был не из тех людей, которые продаются.
– Я тоже так думаю, – сказал Марей, – но таково уж мое ремесло – рассмотреть все возможные гипотезы, даже самые нелепые.
В дверь постучали. Это Кассан принес ключ. Оберте представил своего секретаря.
– Подождите нас внизу, – сказал он. – Вы покажете комиссару завод.
Оберте закрыл дверцу сейфа, сбросил набор шифра.
– Можно начинать? – спросил он.
Марей взглянул на свой хронометр и опустил руку. Небо постепенно светлело, с крыши стекали последние капли. В листве каштана чирикали птицы. Оберте не торопясь, орудовал над замком.
– Девятнадцать секунд, – сказал Марей. – Больше, чем понадобилось Бельяру и Ренардо, чтобы добежать сюда. Дело ясное. Сейф был уже открыт.
– Значит, мы все–таки кое в чем разобрались, – сказал Оберте.
Марей кивнул.
– Подведем итоги. Человек пробрался во флигель, либо когда Леживр отправился за корзинкой в столовую, и ждал, где–нибудь спрятавшись, скорее всего в чертежном зале, либо он пришел, уже когда Леживр унес корзинку. И в том и в другом случае ему это было нетрудно сделать.
– Это и правда единственно возможное объяснение.
– Подождите!.. Можно еще допустить, что было два Человека. Один из них держит Сорбье под прицелом, другой берет цилиндр и убегает. Сорбье не в состоянии был оказать им ни малейшего сопротивления, но вдруг он слышит во дворе голоса, зовет на помощь, и преступник убивает его.
– Но куда же делся этот сообщник? Остается все та же проблема.
– Не спорю, – сказал Марей. – Но я выдвигаю и такую гипотезу, чтобы ничего не упустить.
Он подошел к двери, жестом подозвал Бельяра и Ренардо.
– Выстрел наделал много шума?
– Нет. 6.35 – калибр не слишком шумный, – заметил Бельяр. – Тебе приходилось это слышать чаще, чем мне.
– Если бы вас во дворе не было, а Леживр сидел бы у себя в сторожке?
– Думаю, он ничего бы не услышал, – сказал Ренардо. – А что это меняет?
Марей пожал плечами и стал изучать окно, выходившее в сад.
– Видите, – сказал он, – шпингалет закрыт до отказа. Отсюда выбраться было невозможно.
Он прошел в кабинет Бельяра. Окно там тоже было закрыто наглухо.
– Остается двор, – прошептал он. – Прыжок с двух метровой высоты… и при этом с грузом в двадцать килограммов… Этого–то Леживр не смог бы не заметить. Ведь человек упал бы прямо к его ногам!
Марей повернулся к Оберте.
– У этого цилиндра есть какая–нибудь ручка?… Вообще что–нибудь, что облегчало бы его переноску?
– Он совершенно гладкий, – ответил Оберте. – Представьте себе еще раз термос или небольшой снаряд. Его надо брать обеими руками. Одной рукой