Мастера детектива. Выпуск 3

это допустить, — сказал он. — Возможно, что нам удастся договориться. Предлагаю вам сделку. В течение прошедших суток вы, конечно, собрали кое–какую информацию. Поделитесь его со мной. Тогда я одолжу вам то, за чем вы явились, при условии, что вы подпишете обязательство вернуть все в целости и сохранности через двадцать четыре часа.
— Потребуется целая ночь, чтобы рассказать вам все, что мы узнали.
— Мне нужно не все. Хватит и получаса, может, и того меньше.
Кремер внимательно посмотрел на Вулфа.
— Сорок восемь часов?
Плечи Вулфа приподнялись на одну восьмую дюйма и вновь опустились.
— Ладно, не хочу торговаться. Сорок восемь так сорок восемь. Итак, вопрос первый и самый важный: раскрыли ли вы что–нибудь, что противоречит моему выводу?
— Нет.
— Что–нибудь, что могло бы привести к другому выводу?
— Нет.
— Что–нибудь в защиту моего вывода?
— Только то, что члены комиссии подтверждают заявление Гудвина. Это не доказывает, что ваш вывод, к которому вы пришли после прочтения всех этих материалов, правилен, вот почему я и хочу познакомиться с ними. Вдове ничего не известно, так она утверждает. Она говорит также, что у Джекобса не было врагов, у которых были бы мотивы убить его, за исключением одного человека, и этого человека зовут Гудвин. Он приходил к Джекобсу в прошлый четверг. Она так считает потому, что Джекобс не велел больше пускать Гудвина в дом. Мы не допрашивали Гудвина, где он был в понедельник вечером, между девятью и одиннадцатью.
— Уверен, что он оценит вашу тактичность. Но мистер Стеббинс назвал мистеру Гудвину время между девятью и двенадцатью?
— Это были предварительные данные. Дальнейшая экспертиза уточнила время. Между девятью и одиннадцатью.
— Хорошо. Мистер Гудвин был здесь, со мной. Конечно, вы выяснили, сколько человек знало о плане подкупа Джекобса?
— Пока что сорок семь.
— Вы беседовали с ними?
— Со всеми, кроме двоих, которых нет в городе.
— Заслуживает ли кто–нибудь из них внимания?
— Все, если придерживаться вашей теории. Но никто в частности. Мы не обнаружили ничего, что могло бы навести на след.
Вулф хмыкнул.
— Неудивительно, что вы ищете подтверждения моим выводам… Все еще считается, что тело перевезено в парк в машине?
— Да.
Вулф снова хмыкнул.
— Боюсь, мистер Кремер, что вы делаете выводы слишком поспешно. Сведу сотню вопросов в один. Что интересного дал вам осмотр места, где был обнаружен труп, осмотр тела или одежды убитого?
— Лезвие ножа, которым совершено убийство, было в дюйм шириной и по крайней мере пяти дюймов длиной; по–видимому, не было никакой борьбы, и что Джекобс умер между девятью и одиннадцатью вечера в понедельник.
— Больше ничего?
— Ничего такого, что стоило бы упоминания.
— Вы, конечно, справлялись о выплате денег Алисе Портер, Саймону Джекобсу и Джейн Огильви по их искам? Если мой вывод верен, то значительные части этих сумм должны были найти себе дорогу к другому человеку.
— Видимо, да.
— К кому же?
— Неизвестно. В каждом случае на счета этих троих перечислялись деньги и тут же забирались ими наличными.
— Вы только что ссылались на миссис Джекобс. Вы проверяли правдивость ее слов?
— Думается, что ей незачем лгать.
— И она не имеет представления, куда пошел ее муж и с кем он должен был встретиться в понедельник вечером?
— Нет.
— Брал ли он с собой из дому что–либо, что впоследствии не было обнаружено на теле?
— Если и взял, она об этом ничего не знает.
Вулф на мгновение закрыл глаза.
— Удивительно, — заметил он, — как мало сведений сумела собрать за сутки большая группа компетентных следователей. Я не хочу никого обижать. Слив в пустыне не собирают. Арчи, отпечатай в двух экземплярах «Подтверждаю получение в качестве личного одолжения от Ниро Вулфа… (сделай подробную опись). Я гарантирую возвращение всего вышеперечисленного в целости и сохранности лично Ниро Вулфу не позднее семи часов вечера в пятницу 29 мая сего года».
— Один вопрос, — сказал Кремер, положив сигару в пепельницу. — Эта комиссия является вашим клиентом?
— Да, сэр.
— Ладно, ваше дело. А мое, как слуги закона, расследовать убийство. Я отвечал на ваши вопросы потому, что мне нужны были известные вам сведения, и мы совершили сделку, но это не означает, что я позволю вам совать нос в МОИ дела. Я говорил вам об этом раньше, повторяю и теперь. Берегитесь! Не рассчитывайте на мое сочувствие, когда вы свернете себе шею.
Вулф внимательно посмотрел на инспектора.
— Обещаю вам, мистер Кремер, что я никогда не обращусь к вам за сочувствием.