Мастера детектива. Выпуск 3

Линде, или Бельяру, пли ему самому. Истина превыше всего!
Когда он вышел на улицу, уже стемнело, город сверкал огнями. Марей медленно покатил в сторону Нейи, опустив в машине стекла, вдыхая вечернюю прохладу. В Булонском лесу было совсем темно. На тротуарах лежали первые опавшие листья. Он поставил машину немного в стороне от виллы и взял свой чемодан. Бульвар Морис–Баррес был пустынен. Он зашагал вдоль ограды. Вилла, казалось, спала. Все ставни первого этажа были закрыты, и сквозь них не пробивался свет. Правильно. Бельяр выполнял его указания. Марей мог воспользоваться отмычкой, но предпочел позвонить. В этой части бульвара было особенно темно. На фасад дома косо падал слабый отблеск фонаря с противоположной стороны тротуара. Марей вдруг заторопился, снова позвонил, входная дверь отворялась.
– Это ты? – спросил Бельяр.
– Конечно, – проворчал Марей.
Бельяр пошел по аллее, позвякивая связкой ключей.
– А где же пароль? – сказал он, принужденно улыбаясь. – Входи.
Как только он запер дверь, Марей направил на него свет карманного фонарика.
– Что нового? – спросил он.
– Ничего.
– Никаких телефонных звонков?
– Нет. Полное спокойствие.
– А Линда?
– Не блестяще. Нервничает. Волнуется. Сразу после ужина поднялась к себе.
Марей вошел в вестибюль, и Бельяр из предосторожности запер дверь на два оборота. Маленькая лампочка в углу освещала диван в гостиной и складной столик, на котором поблескивали бутылка и рюмка.
– Я читал, дожидаясь тебя, – прошептал Бельяр.
Он показал на полураскрытую книгу, лежавшую на ковре.
– Мне кажется, я даже вздремнул, – добавил он. – Хочешь выпить?
– Нет, спасибо.
– Сигарету? Эх, старина, ну и жизнь заставляешь ты меня вести.
Он взглянул на каминные часы.
– Пять минут десятого. Ты, как всегда, точен. Пойду домой.
– Побудь немного, – попросил Марей. – Андре не рассердится из–за нескольких минут.
– Нет, – сказал Бельяр. – И знаешь, пора это кончать. Разумеется. Андре не требует у меня отчета. Но так больше продолжаться не может.
– Знаю, – сказал Марей.
– Прежде всего, эти наши бесконечные хождения… Соседи, чего доброго, подумают… В общем, сам понимаешь… Да и потом, поставь себя на мое место по отношению к Андре… Если я ей скажу, что Линда в опасности, она испугается. А если буду молчать, она подумает, что я хожу сюда ради собственного удовольствия.
Марей откинулся на диване и смотрел на дым, поднимавшийся от его сигареты.
– Неужели ты полагаешь, я об этом не задумываюсь… Прошу тебя, помоги мне хотя бы неделю. Только одну неделю. Если позволишь, я поговорю откровенно с Андре.
Нахмурив брови, Бельяр расхаживал между диваном и пианино, время от времени нетерпеливо притопывая ногой по ковру.
– Я тоже собирался уехать отдыхать, – заметил он. – Если я возьму отпуск на неделю, эта неделя пропадет. Мне–то наплевать. А вот малыш…
– Хорошо, я поговорю с Оберте, – предложил Марей. – Но уверяю тебя, ты мне необходим. Повторяю, что…
– Слышишь! – прервал его Бельяр, подняв лицо к потолку. Но тут же тряхнул головой. – Нет. Почудилось. Она, должно быть, спит.
Он налил себе немного вина из бутылки.
– У меня было время поразмыслить над всей этой историей, – снова заговорил он. – Мне кажется, ты напрасно беспокоишься. По–моему, Монжо оставил цилиндр у себя для того, чтобы его нашли, а сам убежал.
– Чтобы его нашли?
– Конечно. Цилиндр не представлял никакой ценности с тех пор, как все дороги, вокзалы и порты стали охранять. Кому он мог его продать? Наши противники – люди осторожные, ты это знаешь не хуже меня. И если неожиданное похищение не удалось…
– Ладно. А почему не удалось?
– Ну знаешь, старина!..
– Значит, по–твоему, цилиндр принес к себе домой Монжо?
– А кто же еще?… Только доказательств тебе никогда не добыть, и, если Монжо будет вести себя тихо, его оставят в покое. Согласись, разве не так?
– Да, да, конечно, – проворчал Марей.
– Потому–то я и пришел к такому выводу: никакие предосторожности больше не нужны. Слишком поздно.
– Я же сказал: неделя, – упрямо твердил Марей. – Если за неделю ничего не случится, я все брошу.
– А твои инспектора не могут тебе помочь?
– Еще раз тебе повторяю: я в отпуске! – сердито крикнул Марей. – Я веду расследование на свой страх и риск, понимаешь?
– Тсс!.. Прекрасно понимаю. Нечего ее будить. Как здесь душно, правда? Эти цветы да еще дым…
Бельяр открыл окно, откинул ставни и вытер вспотевший лоб.
– Во всяком случае, на завтрашний день пусть будет, как договорились, – попросил