Мастера детектива. Выпуск 6

в компании. Но если стрелок он был зеленый, то с чего бы партизанам нанимать его, раз надо было одним выстрелом остановить машину генерала на полном ходу? Или он в свое время не был нанят? Может, версия Калтропа и есть чистая правда?
Томас пожал плечами. Ничего не доказано, ничего не опровергнуто.
Но в кабинете его ждали новости, от которых он насторожился. Позвонил инспектор, занимавшийся расспросами по месту жительства Калтропа. Он отыскал соседку по этажу, которая весь день была на работе. Та сказала, что мистер Калтроп вот уж несколько дней как уехал и при этом обмолвился, что хочет поездить по Шотландии. На заднем сиденье его машины, которая стояла возле дома, женщина видела что-то вроде набора удочек.
Удочек? Главного инспектора Томаса вдруг зазнобило, хотя в кабинете было тепло. Едва он положил трубку, как вошел другой инспектор.
— Шеф?
— Да?
— Тут мне кое-что пришло в голову.
— Выкладывай.
— Вы по-французски говорите?
— Нет, а ты?
— Я — да, моя мать была француженка. Этот убийца, которого разыскивают французы, у него ведь кличка Шакал?
— Дальше что?
— Так вот, «шакал» по-французски будет «chacal», а Чарлз — Шарль. Получается, Ша-кал. Понимаете? Может, это и простое совпадение. Что же он — чурбан чурбаном, взял кличку, пусть и французскую, составленную из первых букв своего имени и первых букв…
— Семь чертей и одна ведьма, — сказал Томас и оглушительно чихнул. Потом потянулся к телефону.

Третье заседание в министерстве внутренних дел в Париже началось немногим позже десяти вечера. Первым заслушали генерала Гибо из СДЕКЕ. Он был краток и говорил по существу. Агентами мадридского отделения контрразведки установлено местопребывание бывшего нациста, убийцы Касселя. Он тихо и мирно проживал в своей мадридской квартире, завел в городе на паях с другим бывшим эсэсовцем-десантником процветающее дело и, насколько удалось выяснить, связей с ОАС не имел. Во всяком случае, когда из Парижа затребовали дополнительные сведения, в мадридском отделении уже имелось на него досье, и там считали, что он вообще никогда не был связан с ОАС.
Принимая во внимание возраст Касселя, участившиеся приступы ревматизма, из-за чего ему все труднее было ходить, и чрезмерное пристрастие к спиртному, решили, что на роль Шакала он не годится.
Генерал закончил, и все глаза обратились к Лебелю. Он не мог сообщить ничего утешительного. Из Америки поступили сведения, что Чак Арнольд, коммивояжер фирмы по сбыту оружия, сейчас в Колумбии, где по поручению своего патрона-американца пытается заключить сделку — всучить начальнику генштаба партию боевых винтовок типа AR-10 из списанного снаряжения армии США. Кстати, в Боготе он находится под постоянным наблюдением ЦРУ, и нет никаких указаний на то, что, помимо этой неугодной власти США сделки, он замышляет что-то еще.
Тем не менее досье на этого человека было передано по телексу в Париж, как и досье на Вителлино. Последнее свидетельствовало, что бывший убийца из Коза ностра, обнаружить которого пока не удалось, был ростом пять футов четыре дюйма, приземист и непомерно широк в плечах, имел черные как смоль волосы и смуглую кожу. Поскольку эти данные расходились с приметами Шакала, которые сообщил венский портье, Лебель заключил, что и Вителлино можно сбросить со счетов.
В Южной Африке установили, что Пиит Шуипер в настоящее время командует военизированной охраной, которую некая алмазная корпорация содержит в одной из западноафриканских стран Британского Содружества. Хозяева подтвердили его местонахождение, он, несомненно, пребывал на своем посту в Западной Африке.
Бельгийская полиция подняла досье на бывшего легионера. В картотеке раскопали донесение посольства из одной республики в Карибском районе: согласно донесению, прежний наемник Чомбе три месяца назад был убит в драке в гватемальском баре.
Лебель дочитал последнее донесение из лежавшей перед ним папки.
— Похоже, все наши предположения повисают в воздухе.
— Повисают в воздухе, — съязвил Сен-Клер, — вот они, плоды ваших «чисто детективных методов»! Все повисает в воздухе! — Он свирепо взглянул на двух детективов, Бувье и Лебеля, мгновенно почуяв, что остальные молчаливо поддерживают его.
— Похоже на то, господа, что мы, — министр незаметно употребил форму множественного числа, включив в это «мы» и комиссаров полиции, — вернулись к тому, с чего начали. Как говорится, снова на нуле, а?
— Боюсь, что так, — ответил Лебель. Бувье решил принять удар на себя.