Мастера детектива. Выпуск 6

лет от роду.
Томас подумал с минуту.
— Пускай остальные заканчивают проверку, вдруг обнаружится еще одна фальшивка, — распорядился он. — Передай командование второму старшему, а сам выясни, что это за адрес, на который выслали паспорт. Как только выяснишь, немедленно позвони. Если в доме живут, побеседуй с хозяином. Привезешь мне все сведения об этом лже-Дуггане и дубликат фотокарточки, представленной с ходатайством. Хочу поглядеть на нашего друга Калтропа в его новом обличье.
Старший инспектор позвонил около одиннадцати. В Пэддингтоне по указанному адресу находилась лавчонка, торгующая табачными изделиями и газетами, одна из тех, что выставляют в витрине карточки с адресами проституток. Разбудили владельца, живущего над лавкой, и тот признался, что получает и передает корреспонденцию своих клиентов, не имеющих постоянного адреса. За определенную мзду. Инспектор показал хозяину Калтропа, но тот не опознал его. Ему также показали карточку Дуггана с ходатайством, и он сказал, что второго человека вроде бы припоминает, но ручаться не станет. Может, тот был в темных очках. Из тех, кто ходит к нему покупать разложенные под прилавком журналы с голыми девчонками, многие носят темные очки.
— Забирай его, — приказал Томас, — и являйся сам.
Затем он поднял трубку и заказал Париж.
Второй раз вызов из Лондона поступил в разгар вечернего совещания. Комиссар Лебель объяснял, что Калтроп, безусловно, не может находиться во Франции под собственным именем, разве только он тайно высадился на берег из рыбацкой лодки и перебрался через границу, в каком-нибудь богом забытом месте. Лично он считает, что профессионал не станет этого делать: стоит ему уже во Франции попасть под выборочную проверку документов, как его тут же схватит полиция, потому что документы-то у него не в порядке, то есть в паспорте не будет отметки о въезде.
Есть две возможности, заявил Лебель. Этот тип не стал обзаводиться фальшивым паспортом, полагая, что ему ничего не грозит. В этом случае полицейский налет на его лондонскую квартиру должен был застать его врасплох. Лебель объяснил, почему он в это не верит: люди главного инспектора Томаса обнаружили, что в шкафу — нехватка одежды, в белье — недостача, а умывальных и бритвенных принадлежностей и вовсе нет; стало быть, человек собрался заранее и отбыл из своей лондонской квартиры. К тому же соседу своему Калтроп якобы говорил, что прокатится в автомобиле по Шотландии. Ни британская, ни французская полиция не видели оснований верить словам Калтропа.
Либо же Калтроп раздобыл фальшивый паспорт: эту версию и обрабатывает сейчас британская полиция. То ли он покамест за границей готовится к операции, то ли уже пробрался во Францию, не вызвав ни у кого подозрений.
Это предположение вызвало негодующий взрыв.
— Уж не хотите ли вы сказать, что он может находиться во Франции, даже в центре Парижа? — запротестовал Александр Сангинетти.
— Дело в том, — объяснил Лебель, — что он действует по графику, и график этот известен только ему. Мы ведем расследование семьдесят два часа. Почем знать, на какой стадии мы подключились? Одно несомненно: убийца знает, что нам известно о существовании заговора против жизни президента, но чего мы успели добиться, он знать не может. Поэтому у нас есть реальные шансы арестовать его, застав врасплох, как только станет известно его новое имя и установлено точное местонахождение.
Но совещание и не думало успокаиваться. Одна мысль о том, что убийца может находиться в какой-нибудь миле от них и что в его графике покушение на президента может быть помечено завтрашним днем, вызывала у всех острую тревогу.
— Не исключено, разумеется, — прикинул полковник Роллан, — что, узнав от Родена через неизвестного нам агента Вальми о разоблачении плана по существу, Калтроп исчез, чтобы уничтожить следы подготовки к покушению. Скажем, вот сейчас он утопил винтовку и патроны в каком-нибудь шотландском озере, чтобы вернуться и предстать перед своей полицией как ни в чем не бывало. Трудненько будет подыскивать улики.
Над гипотезой Роллана поразмыслили и энергично закивали в знак согласия.
— Скажите нам, однако, полковник, — сказал министр, — будь вы наняты для такого дела и узнай вы о разоблачении заговора, поступили бы вы именно так, даже если вас пока и не опознали?
— Разумеется, господин министр, — ответил Роллан. — Будь я опытный убийца, я понял бы, что наверняка фигурирую в какой-нибудь картотеке и поэтому с разоблачением заговора ко мне рано или поздно нагрянет полиция и устроит обыск. Понятно, я бы постарался отделаться от улик, а что надежнее затерянного шотландского озера?
Серия улыбок, которыми