Мастера детектива. Выпуск 6

— Это, — искренне сказал я, — не так.
— Нет, это так. Но не рассказывай мне об этой девушке.
— Если не я, то они расскажут.
— Ну хорошо…
Я быстро рассказал все. Не вдаваясь в подробности. Презирая себя, но зная, что Черная Шляпа не остановится ни перед чем, чтобы узнать местонахождение Тиддли Пома. Шантажисты никогда ни перед чем не останавливаются.
«Не продавай свою душу, — сказал мне Берт Чехов. — Не продавай свою колонку». Вместо всего этого пожертвуй спокойствием своей жены!
— Ты собираешься встречаться с ней и дальше? — спросила она.
— Нет.
— А с кем-нибудь еще?
— Нет.
— Мне кажется, что будешь. Только тогда… не рассказывай мне ничего, если, конечно, кто-нибудь не начнет тебя шантажировать снова.
Горечь в ее голосе заставила мое сердце сжаться. Рассудком она, возможно, и понимала, что требовать от меня пожизненного и полного воздержания было бы чересчур, но эмоции почти не зависят от рассудка. И чувства, которые испытывает каждая жена, узнав о неверности мужа, не атрофируются вместе с мышцами. Что мог требовать я от нее? Надо родиться святой или стать абсолютно циничной, чтобы спокойно снести измены, а она не была ни той, ни другой, она была обычным человеческим существом, зажатым в тиски страшной болезни. «Интересно, — подумал я, — насколько подозрительными ей будут казаться теперь самые невинные мои отлучки, насколько мучительной станет отныне каждая минута моего отсутствия…»
Весь вечер она была тиха и подавленна. Не стала ужинать, отказалась от яблочного пирога. Я умывал ее, растирал, проделывал прочие интимные процедуры и почти физически ощущал, что она думает в это время о другом теле, которого касались мои руки. Она была бледна, напряжена и, наверное, впервые за все время стеснялась. Еще раз, вкладывая в слова всю душу, я сказал:
— Прости меня, милая!
— Да, конечно. — Она закрыла глаза. — Жизнь довольно подлая штука, правда?

Ощущение неловкости и отчуждения сохранялось и утром. Я был не в силах больше вымаливать прощение. В девять я сказал, что еду по делам, и впервые в жизни увидел, какие нечеловеческие усилия ей понадобились, чтобы не спросить куда.
Вывеска «Машины Лукулла напрокат» помещалась над входом в небольшую, обитую плюшем контору на Страттон-стрит, недалеко от Пикадилли. Темно-синий уилтонский ковер, официозного вида внушительный полированный стол, элегантные гравюры с изображением старинных автомобилей.
У стены стояла широкая, обитая золотой драпировкой скамья для столь же широкозадых, подбитых золотом клиентов.
За столом сидел учтивый молодой джентльмен с глазками Урии Хипа.

Ради него я на время позаимствовал томный голос и манеры Черной Шляпы.
— Дело в том, — объяснил я, — что в одной из машин этой фирмы я случайно оставил кое-какие вещи, и теперь, надеюсь, мне помогут их вернуть.
Постепенно мы установили, что я не нанимал их машину и не знал имя человека, который нанял. Просто он был чрезвычайно любезен и согласился меня подвезти. Вчера.
— Ах вот как… Так что это была за машина?
— «Роллс-Ройс»… Кажется, «Силвер Рейт». Таких у них четыре. Он сверился с журналом, в чем, как я подозреваю, особой нужды не было. Вчера все четыре были взяты напрокат. Могу ли я описать того человека?
— Ну разумеется. Высокий, белокурый, в черной фетровой шляпе. Не англичанин. Возможно, южноафриканец.
— Ах вот как. Да… — На этот раз он не полез в свой журнал. Аккуратно опустил руку с растопыренными пальцами на стол.
— Сожалею, сэр. Я никак не могу сообщить вам его имени.
— Но у вас же ведется регистрация?
— Этот джентльмен предпочитает сохранять инкогнито. У нас есть указания не сообщать ни его имени, ни адреса ни единому человеку.
— А вам не кажется это странным? — недоуменно приподняв брови, сказал я. — Мне лично кажется.
Сохраняя ту же рассудительность, он ответил:
— Это наш постоянный клиент, и мы, безусловно, готовы оказать ему любую услугу, не задавая лишних вопросов.
— Полагаю, мне пойдут навстречу, ну… скажем, в приобретении такой информации?
Он попытался сменить маску учтивости на маску возмущения. Удалось это ему плохо.
— А пропавшие вещи были действительно ценными? — спросил он.
— Да, очень, — ответил я.
— Тогда я абсолютно уверен, что наш клиент возвратит их вам. Оставьте адрес и номер телефона, мы вам сообщим.
Я брякнул первое, что пришло в голову: Кемптон Джоун,