Мастера детектива. Выпуск 6

— Создает рождественское настроение, — сказал мистер Дейвис.
— Сюда бы еще бутылку шампанского, — ответила девушка.
— Как тебя зовут?
— Руби.
— Может, после репетиции позавтракаем вместе?
— Девушки, которых вы приглашаете, вроде бы куда-то исчезают, а? — сказала Руби. — Я могла бы обойтись бифштексом с луком, но только без фокусов. Хахаля из Скотленд-Ярда у меня нет.
— Что ты имеешь в виду? — резко спросил мистер Дейвис.
— Ее парень служит в Ярде. Он вчера тут околачивался.
— Не бойся, — буркнул мистер Дейвис, напряженно соображая, — со мной тебе ничего не грозит.
— Понимаете, я какая-то невезучая.
Несмотря на это новое беспокойство, мистер Дейвис чувствовал себя полным жизненных сил. Это же не егопоследний день. Он рыгнул: почки и бекон, съеденные за завтраком, давали о себе знать. За кулисы донеслись приглушенные звуки музыки: «А твой портрет — в нем половины нет…» Он прожевал кусок конфеты и, встав под сенью глянцево-зеленой елки, произнес:
— Зато теперь тебе повезло. Со мной тебе будет хорошо.
— Очевидно, — глядя на него все так же мрачно, сказала девушка.
— Тогда «Метрополь». Ровно в час.
— Я приду. Если не попаду под машину. Я из тех, кто перед дармовой кормежкой обязательно угодит под машину.
— Будет весело.
— Смотря что вы называете весельем, — сказала девушка и подвинулась, чтобы он мог усесться рядом с ней на ящике.
Они сидели рядом и смотрели на елку. «И снова в декабре я вспомню…» Мистер Дейвис положил руку на ее голую коленку. Эта мелодия и рождественская атмосфера внушали ему чувство благоговения. Его рука лежала на ее колене, как рука епископа на голове мальчика-хориста.
— Синдбад, — сказала девушка.
— Синдбад?!
— Я хотела сказать, Синяя Борода. С этими рождественскими представлениями все перепутаешь.
— Но ты же не боишься меня? — попробовал успокоить ее мистер Дейвис, прислонившись головой к почтальонской шапочке.
— Если уж кто и пропадет, так это я.
— Не надо ей было убегать от меня, — мягко сказал мистер Дейвис, — да еще сразу же после обеда. Пришлось мне идти домой одному. А со мной бы она не пропала. — Он обнял Руби за талию — для пробы — и притянул к себе, но, завидев проходившего мимо осветителя, поспешно отпустил. — Умница, — сказал мистер Дейвис, — надо тебе дать роль. Бьюсь об заклад, у тебя хороший голос.
— У меня — голос? У меня голос, как у простуженной кошки.
— Поцелуешь меня?
— Конечно. — Поцелуй вышел слюнявым. — Как мне вас называть? — спросила Руби. — По-моему, ужасно глупо называть человека, с которым идешь в ресторан, «мистер» и на «вы».
— А ты могла бы называть меня… Вилли? — сказал мистер Дейвис.
— Ну что ж, — мрачно вздохнув, ответила Руби. — Надеюсь, Вилли, я с тобой увижусь. В «Метрополе». В час. Буду тебя ждать. Только я надеюсь, что и ты придешь, а то мне не видать бифштекса с луком. — Она опять поплыла к сцене. Она была там нужна.

— Он такой ручной, — сказала она своей соседке.

— Беда в том, — продолжала Руби, — что я не могу их удержать. Только и слышишь: «Побаловались, и хватит». Во всяком случае, похоже, что меня ждет хороший ленч. Ну вот, опять я… Надо было плюнуть через левое плечо.
Мистер Дейвис насмотрелся вдоволь: он получил то, что хотел. Оставалось только одарить лучезарными улыбками костюмерш, осветителей и рабочих сцены. Он медленно выбирался из театра через костюмерную, перекидываясь словечком то с тем, то с другим и то и дело вынимая из кармана золотой портсигар. Как знать, он ведь новичок за кулисами, может, даже среди костюмерш можно найти, ну, молодость и талант, что ли, — тех, кого надо подбодрить, а также, безусловно, сводить в «Метрополь». Но он быстро образумился: все костюмерши были старые, они не могли понять, чего он от них хочет, а одна даже проследовала за ним по пятам, чтобы убедиться, что он не спрячется ни в чьей уборной. Мистер Дейвис обиделся, но остался столь же галантным. Пройдя по сцене и на прощание