Мастера детектива. Выпуск 7

Не в качестве оправдания, а в качестве объяснения могу сказать, что, давая согласие, я, очевидно, не совсем еще пришел в себя. Со мной грубо обращались и угрожали оружием… разумеется, я категорически возражал против насильственной доставки этих лиц в дом Вулфа… Как бы там ни было, я согласился представлять Игена, приехал с ними сюда, и меня продержали здесь всю ночь. Я…
— Одну минуточку, — вмешался я. — Поправка. Никто вас здесь не удерживал. Я несколько раз предлагал вам уйти.
— Да, но вы задерживали их, а я был связан глупым обязательством, которое взял на себя. Я еще раз заявляю, что совершил промах и сожалею об этом. Учитывая все происшедшее в последнее время, я должен констатировать, что смерь миссис Фромм в какой–то степени может иметь отношение к делам ассоциации или к кому–то из ее сотрудников, и в этом случае я должен выполнять свои обязанности. Это я и делаю сейчас — вполне искренне, полностью и, надеюсь, с пользой.
Горан вынул носовой платок и вытер лоб, лицо и шею.
— Я не имел возможности привести себя в порядок утром, — извиняющимся тоном произнес он, что было наглейшей ложью. Рядом с гостиной у нас ванная комната, и ночью Горан несколько раз заходил туда. Если утром, видимо, еще не решив быть «искренним и полезным», не желая ни на минуту выпускать Игена из виду, он не захотел пойти умыться, — это его личное дело.
Взгляд Кремера мягче не стал.
— Разумеется, мы всегда признательны за помощь, мистер Горан, — заметил он, — даже когда она предлагается нам позднее, чем следовало бы… А кто слышал вашу беседу с миссис Фромм?
— Никто. Как я уже говорил, она отозвала меня в сторону.
— Вы рассказывали об этом кому–нибудь?
— Нет. Она запретила мне.
— Кого именно она подозревала в причастности к этому делу?
— У меня создалось впечатление, что из ассоциации она никого конкретно не подозревала.
— От кого она получила информацию?
— Не знаю.
— Ну, этому поверить трудно. Ей было известно много деталей — фамилии Бирча, Игена, адрес гаража, даже наличие звонка и условный сигнал… И она ничего не говорила, как узнала обо всем этом?
— Нет.
— Но вы спрашивали ее?
— Конечно! Она ответила, что ничего больше сказать не может, так как все это было сообщено ей по секрету.
Все мы не сводили глаз с Горана, а он, в свою очередь, сидел, уставившись на Кремера. Мы знали, что Горан нагло лжет, и он прекрасно понимал это, но пытался выкарабкаться. Пока он неплохо справлялся с этим. Миссис Фромм не было в живых, и он мог приписывать ей все, что угодно. Бирч тоже был покойником, и Горан ничем не рисковал, называя его главарем банды. Но вот с Игеном, конечно, было сложнее. Не упомянуть о нем адвокат не мог, поскольку тот находился рядом — в соседней комнате. И вместе с тем совершенно исключалось, чтобы Горан мог быть адвокатом Игена, ибо Иген оказался шантажистом, деятельность которого была разоблачена, причем это разоблачение компрометировало ассоциацию, юрисконсультом которой Горан состоял. Таким образом, приходилось пожертвовать Игеном и отдать его на растерзание. Так понимал ситуацию я и, насколько можно было судить по выражению лиц, все остальные.
Наконец Кремер вопросительно взглянул на Вулфа, и тот утвердительно кивнул.
— Пэрли, приведи сюда Игена, — приказал Кремер.
Стеббинс вышел. Горан поерзал на стуле, затем выпрямился. Положение для него еще более осложнялось, но он сам напросился на это.
— Вы, конечно, отдаете себе отчет в том, что этот бандит вряд ли является надежным свидетелем, — заявил Горан, обращаясь к Кремеру.
Кремер что–то промычал.
— Гудвин, — сказал он, — поставьте стул для Игена рядом с собой.
Я сделал так, как велел Кремер. Таким образом, Стеббинс оказывался между Игеном и Гораном. Правда, Вулф мог видеть Игена только в профиль, но у моего шефа это никаких возражений не вызвало.
Как только Стеббинс привел Игена и усадил на приготовленное мною место, Иген сейчас же уставился на Горана, но тот даже не посмотрел на него, так как не сводил глаз с Кремера.
— Вы — Лоренс Иген, — начал Кремер, — известный также как Липс Иген?
— Да, это я, — хрипло подтвердил Иген, откашливаясь.
— Я — инспектор полиции, а это Ниро Вулф. Скоро мне доставят подробное досье на вас. У нас есть судимости?
Иген явно заколебался, а затем заявил:
— А вы все и узнаете из досье.
— Я спрашиваю вас!
— В досье все должно быть точнее. Я мог забыть.
— Сидящий рядом с вами Арчи Гудвин доложил мне все, что произошло вчера, начиная с того, как вы приходили в гостиницу на Первой авеню к человеку, назвавшемуся Леопольдом Хеймом, и до вашей доставки сюда. Мы вернемся позднее к этому,