Мастера детектива. Выпуск 8

я вышел из лифта со свертком под мышкой, пересек вестибюль, приблизился к двери с номером 1019 и остановился полюбоваться вывеской:
АРЧИ ГУДВИН
Частный детектив
Неплохо, совсем неплохо, гордо подумал я, отпирая дверь и входя. Заодно я прикинул, не попросить ли художника приписать еще снизу «Прием только по предварительной договоренности», чтобы хоть как-то сдержать напор толпы клиентов, но потом решил сэкономить три доллара. Я опустил сверток на стол, распеленал его и воздал должное своим новым бланкам и конвертам. Быть может, шрифт, которым было напечатано мое имя, был чуть-чуть жирноват, но в целом все смотрелось весьма и весьма недурно. Расчехлив новенький «Ундервуд», который обошелся мне в 62 доллара 75 центов, я вставил чистый бланк и напечатал:
Уважаемая миссис Фрей!
Если Вы еще не передумали после нашего разговора в среду, то я готов приехать к Вам и обсудить дела, при условии Вашего согласия на то, что действовать я буду от своего собственного имени. Адрес моего нового офиса и номер телефона указаны выше. Если желаете, чтобы я приехал, позвоните или напишите.
Искренне Ваш
А.Г., с.п.
Я перечитал и подписал письмо. Я был доволен — тон был вполне деловой, оформление безупречное, особенно смотрелись инициалы перед подписью, где «с.п.» означало «собственной персоной». Мое изобретение. Перед уходом я убрал канцелярские принадлежности в выдвижной ящик и навел лоск, готовясь к наплыву посетителей в понедельник утром; письмо я по дороге опустил в почтовый ящик. Так я поступил вместо того, чтобы позвонить ей, по трем причинам: в случае, если она передумала, то может просто не отвечать на письмо; на уик-энд я уже назначил свидание, сугубо личное, и, наконец, я выписал себе чек на жалованье в последний раз на эту неделю. По пути домой я свернул на Пятьдесят четвертую улицу, чтобы доложить Марко Вукчичу о своих достижениях, поскольку решил, что он вправе знать первым.
Марко не только выказал, но и всячески, как только мог, подчеркивал свое неодобрение. Но я сказал:
— Собственный опыт подсказывает мне, что штаны быстрее протираешь, когда ерзаешь, сидя на месте, нежели когда носишься как угорелый. Рассудок же подсказывает, что перед тем как начать загнивать, нужно дождаться смерти. Я был бы очень признателен, если в следующий раз, когда будете писать Вульфу или звонить, вы это передадите.
— Ты прекрасно знаешь, Арчи, что…
— Вовсе не прекрасно. Отлично!
— Ты знаешь, что я ничего не говорил такого, из чего ты мог сделать вывод, что я пишу или звоню ему.
— Вам и не надо было говорить. Я понимаю, что это не ваша вина, но мне-то что прикажете делать? Дайте мне знать, как найдете покупателя на дом, и я съеду.
Он пытался спорить, но я ушел.
Я не питал иллюзий относительно того, что и в самом деле порвал с прошлым, поскольку еще не перевез свою кровать, но рассуждал я так: ведь имеет же право на комнату смотритель, который не получает жалованья; к тому же Фриц по-прежнему приходил ночевать на привычное место, и мы с ним скидывались, чтобы покупать продукты на завтрак, так что я не хотел обижать ни его, ни свой желудок, обрывая все это.
Теперь мне, пожалуй, самое время объяснить, что я имею в виду, когда произношу слово «контора»… Или лучше вот как: я буду говорить «контора», подразумевая кабинет Ниро Вульфа, а свое новое помещение на Мэдисон-авеню я буду называть «офис» или «1019». Так вот, прибыв в 1019 в понедельник утром, чуть позже десяти, я позвонил в телефонную службу и выяснил, что мне никто не звонил, потом просмотрел утреннюю почту, которая состояла из одного-единственного конверта со счетом за мытье окон. Покончив с почтой, я напечатал на своих фирменных бланках письма нескольким близким друзьям, а также письмо в муниципалитет, в котором уведомлял о том, что профессиональный детектив переменил адрес. Я сидел и ломал голову над тем, кому еще написать, когда зазвонил телефон… Впервые за мою новую карьеру.
Я снял трубку и четко отрапортовал:
— Офис Арчи Гудвина.
— Могу я поговорить с мистером Гудвином?
— Я проверю, у себя ли он. А кто его спрашивает?
— Миссис Фрей.
— Да, он у себя. Кстати, это как раз я. Вы получили письмо?
— Да, оно пришло утром. Я не поняла, что вы имели в виду, написав, что будете действовать от своего собственного имени?
— Видно, я плохо объяснил. Я хотел сказать, что выступаю не в роли помощника Ниро Вульфа. Теперь я как бы сам по себе.
— О-о-о… Что ж… вполне понятно, коль скоро вам даже неизвестно, где он. Вы сможете приехать сегодня вечером?
— В Берчвейл?
— Да.
— В какое время?
— Скажем, в восемь тридцать.
— Хорошо, буду.
Да, такого