Проснувшись в незнакомом месте, Джорелл не может ничего вспомнить. Кто он, что это за люди, и где он вообще находится? И почему встречные кидают на него такие опасливые взгляды? Выясняется, что ему «посчастливилось» оказаться на базе древнего ордена «Защитники человечества», что стоит на страже людей, оставаясь при этом в тени. Прошло пять лет, с тех пор как Джорелл покинул Землю. Великая война за выживание неумолимо приближается. Смогут ли люди и илкарцы победить ренианцев? Исполнят ли высшие защитники свое предназначение, и будет ли это стоить им жизней?
Авторы: Дримпельман Павел
— Ну-у, разные у нас интересы…
— Я уже не ребенок! – возмутился Адэхи.
— Да, не ребенок. Ну так что, пойдешь и заведешь себе новых друзей, развеешься, скинув с себя оковы печали, как настоящий взрослый, или будешь сидеть здесь и дальше плакать как ребенок?
Адэхи задели эти слова, он собрал волю в кулак и встал из-за стола.
— Так-то лучше, – довольно произнес мужчина.
— Спасибо вам… кроме Линтранда больше никто не пытался со мной заговорить за эти два года. Я чувствовал себя здесь совсем чужим, ваши слова помогли мне.
— Всегда пожалуйста, обращайся, – мужчина дотянулся до головы юноши и растормошил на ней волосы.
Адэхи уже отошел на пару шагов, как вдруг остановился и спросил:
-Простите, как ваше имя?
— Макрэ̀й, зови меня Макрэй, малыш, – мужчина сидел вполоборота, опёршись левой рукой на стол.
— Хорошо, спасибо еще раз, дядя Макрэй.
— Не за что, — подмигнул ему тот, и юноша поспешил знакомиться с ребятами.
Улькиус был очень растроган поступком Макрэя. Он вдруг что-то захотел ему сказать, и направился в его сторону, но Линтранд опередил его. Прошептав Макрэю что-то на ухо, они вышли из тронного зала.
«Нет, Линтранд, не сейчас, ты мог бы подождать…» — сказал про себя Улькиус, и тайком направился за ними.
Нагнав их в одном из пустынных коридоров этажом выше, Улькиус затаился за стеной.
— Что? Инопланетная раса? О чем ты, мать твою? – с непониманием смотрел на Линтранда Макрэй.
— Они связались с нами и предложили свои технологии, свои знания, научат нас новым тактикам и приемам силы. Представляешь, среди них есть такие же сильные, как мы, и даже сильнее! – с восторгом говорил Линтранд.
— Ну, допустим. И что, они просто так обучат нас всему? За спасибо? – с недоверием спросил Макрэй.
— Да! В этом то и вся прелесть! Я спрашивал, мы ничего им не должны. Это жест доброй воли. Они считают, что с людьми давно пора сотрудничать, и чтобы все галактическое сообщество приняло нас, нужно человечество немного подтолкнуть на пути развития!
Макрэй призадумался.
– Хм, не знаю, звучит, как полная хрень. Инопланетяне, какое-то галактическое сообщество… Даже если мы и готовы к таким переменам, то остальное человечество явно нет.
— Ну, а мы им ничего не скажем…
— Что, прости? Это ты сейчас о чем? – Макрэй нахмурил брови, происходящее ему совсем не нравилось.
— Понимаешь, тут такое дело… Мы посовещались и решили, что с людьми придется подождать, к контакту с пришельцами и нами они явно пока не готовы, а технологии терять не хочется.
— Я не верю своим ушам… Посовещались? Решили? С кем ты там решал и совещался, когда я тоже вхожу в совет и являюсь одним из его основателей?! Кто тебе давал право принимать такие решения без меня?!
— Успокойся…
— Успокоиться?! Мы столько сил, столько времени вложили в то, чтобы наконец-то открыться людям, рассказать им о нас, а ты сливаешь в сральник плоды многолетних трудов и говоришь мне, успокойся?! Мы сегодня, по-твоему, что празднуем, или ты уже забыл? Может быть тебе напомнить?!
— Я все прекрасно помню, – спокойно ответил Линтранд.
— Так вот раз ты все помнишь, завтра ты соберешь людей, и вместе мы отправимся рассказывать о нас миру, а заодно и об инопланетянах.
— Нет, люди откладываются на неопределенный срок. Какие им технологии? Эти болваны только хорошую сталь ковать научились! Доверить им технологии, до которых они и за несколько тысячелетий не доберутся? Нет уж, спасибо. Все, на что они сейчас способны — это трахаться, преклонять колени перед двумя скрещенными палками и резать друг друга во имя ничего!
— Послушай себя, ты что такое говоришь? Скрещенные палки, режут друг друга во имя ничего… Любая религия имеет право быть, каждый верит во что хочет. К тому же, их религия вполне безобидна и призывает к миру и порядку! – Макрэй был вне себя от злости.
— Ага, к миру… Я говорю, как есть, к такому люди пока не готовы. Со временем, я снова подниму вопрос о том, чтобы открыться им, а пока будем развиваться, поднакопим сил.
— Поднакопим сил? Для чего?
— Так, на всякий случай, не повредит.
— Значит, на всякий случай, не повредит… Знаешь что, пошел ты нахер, Линтранд! Завтра же на собрании я подниму вопрос о твоей некомпетентности! Я не доверяю этим пришельцам, ничего не бывает бесплатно в этом мире и то, что ты все еще не понял этого, прожив столько времени, очень огорчает меня. Ты доверяешь этим пришельцам, будто всю жизнь их знал! Ты что-то скрываешь, и мне это не нравится! К тому же, твои слова о людях непростительны!
— Все сказал? – с ноткой злобы в голосе, спросил Линтранд.
— Да, все.
— Отлично, так вот не будет завтра никакого собрания, а даже
