Мать наследницы

взглядом. На лбу выступила испарина, спина взмокла от перенапряжения. Архан даже не попытался помочь сопернику подняться, но меч опустил.
— Пусти меня! — выкрикнула Ева, с силой вырывая руку из цепких пальцев. — Рагнар, как ты? — упав на колени рядом с юношей, она попыталась ему помочь. — Не ранен? Что болит?
— А о родном брате ты не беспокоишься, — издевательски выплюнул Архан, возвращая меч в ножны. Ева ответила ему презрительным взглядом.
— Вставай, — она помогла подняться Рагнару. Рукава рубашки были изрезаны, из порезов сочилась кровь. — Тебе нужно к целителю.
— Что здесь произошло?! — как гром среди ясного неба поляну огласил голос царя Габриллиона. — Что за поединок без моего ведома?! — он мазнул взглядом по Еве, прижимающейся к Рагнару, но тут же обратил все свое внимание на Архана. — Что случилось?
— Тренировка, — усмехаясь хулиганской улыбкой, ответил царевич. — Решили немного размяться с братом.
— Ясно, — царь мрачно оценил степень повреждений сына от тренировки и окинул наследника трона жалящим взглядом. Ева побаивалась этого мужчину. С каждым годом он толстел все сильнее, становясь похожим на свинью все больше. Она старалась не смотреть в глаза царю. В них плескалось что-то страшное и опасное, готовое вырваться наружу в любой момент. Словно в глубине его души и тела притаился дикий кабан. — Залатай порезы,
— бросил он Рагнару и вновь повернулся к Архану: — Я жду тебя за ужином у себя. Есть разговор.
Царь тяжелой походкой в развалку удалился, а за ним и Ева повела Рагнара в сторону дворца. К счастью, Архан не последовал за ними, и двое смогли поговорить.
— Что между вами произошло? — негромко спросила Ева, поддерживая юношу.
— Он предложил провести тренировочный бой, — поморщившись, ответил Рагнар. — Я не мог отказать.
— Ты должен был! — застонала Ева. — Никто не одолеет Архана, тем более, без подготовки. Он просто избил тебя.
— Он знает? — Рагнар метнул в нее острый взгляд, в котором промелькнул страх.
— Догадался, — выдохнула Ева, отмечая, как помрачнел бастард. Девушка ощутила укол совести. Это ведь из-за неё Архан так ополчился на сына царя. Прежде брат не проявлял к названому брату агрессии, да и любви, собственно, тоже. Она стала причиной его травли. Никогда прежде эта мысль не посещала её, но что, если им будет лучше расстаться? Тогда Рагнар не будет постоянно подвергаться опасности.
Оставив бастарда лекарям, Ева поспешила удалиться. Это все зашло слишком далеко. О происшествии уже наверняка доложили отцу, а он не удовлетворится отговорками, как Габриллион. Он потребует правду. Скажет ли ему Архан? Уймет ли свою гордыню?
Ева так и не получила ответа. За ужином папа выглядел все таким же добрым и улыбчивым.
***
— Ты хотел меня видеть? — Архан вошел в малую столовую царя без поклона. Не пожелав Габриллиону хорошего аппетита, он опустился на стул рядом с ним и откинулся на спинку. Расслабленная поза, выжидающий взгляд, в котором читался скрытый упрек за то, что отнимает его время. Этот парень бесил царя каждым своим действием, каждым словом и движением.
— Да, — вяло пробурчал Габриллион, не решившись осадить юнца. Да и юнец ли? Парню всего шестнадцать, а выглядит на двадцать пять. Широкие плечи, в которых могут уместиться двое взрослых мужчин. Рост выше, чем у всех, кого царю приходилось видеть. Сила и выносливость, которые позволяют Архану часами не выпускать из рук мяча, одолевая противников одного за другим. Воистину, иногда Габриллиону казалось, что это не человек. И, уж тем более, не его сын. В нем не было ровным счетом ничего от царя. Светлые волосы, синие глаза, странные, по-мужественному острые черты лица, чужие, словно…из другого мира. — Ты же знаешь, что у нас проблемы с государствами на противоположном континенте. Мой флот слишком слаб, чтобы захватить Прибрежное царство, оно не желает покоряться.
— Знаю, — ответил Архан скучающим тоном.
— Я принял решение. Скоро во дворец пожалуют послы этого царства. Твоя сестра отправится с ними через море. Мы заключим помолвку, и скоро она выйдет замуж за наследного принца.
— Ты спятил? — перебил его царевич, уверенный, что это нелепая шутка. — Еве всего четырнадцать. Она никуда не поедет.
— Поедет, — повторил Габриллион. — Она женщина, в долг каждой женщины — выйти замуж за того, на кого укажет отец.
— Этого не будет, — мрачно и решительно заявил Архан, поднимаясь из-за стола. — Зачем ты позвал меня? Чтобы я сказал, что ты старый идиот? Ты старый идиот! Я не желаю больше слушать этот вздор. Не зли меня! — пригрозил он рычащим тоном, увидев, что царь собрался спорить. — Ева еще ребенок. Она не повторит судьбу моей матери, которую ты взял в этом же возрасте! Она будет