Мать наследника

ноги стали ватными, сознание помутилось, будто меня огрели по голове. Я уже начала оседать на пол, когда сильные руки подхватили меня, унося в неизвестность. Я услышала, как Клара испуганно вскрикнула, запричитала, а мне в глаза ударил яркий солнечный свет. Свежий воздух наполнил легкие, и приторно-сладкий запах благовоний сменился запахом навоза и скошенной травы.
— Откройте дверь! – рявкнул стражник, который нес меня. Я увидела, как мелькнула металлическая створка, а затем меня усадили на мягкое сидение кареты. К моему удивлению, стражник не вышел из царской кареты, а остался сидеть рядом со мной, подставляя свое плечо под мою голову.
— Оставьте её! – услышала я возмущенный возглас Клары и открыла глаза. Моя подруга сидела напротив, направив на стражника возмущенно-ошарашенный взгляд. Повернув голову, я посмотрела в его лицо. Почти все оно было скрыто за коричневой тканью, и лишь яркие синие глаза смотрели на меня с беспокойством и страхом. – Слышишь меня?! – не унималась Клара. – Сейчас же выйди!
Мужчина резко взмахнул рукой, и моя подруга без чувств рухнула на бок. Раздался хлесткий удар кнута, карета со скрипом пришла в движение.
— Что мне с тобой делать, жизнь моя?! – стражник сорвал с себя повязку, и я расплылась в счастливой улыбке. Пит в одежде стражника сидел рядом со мной, обнимая меня за талию и позволяя удобно устроить голову у него на плече. Он открыл форточку, и свежий воздух ударил в лицо. Я блаженно прикрыла глаза, туман в голове начал медленно рассеиваться. – Я ведь просил тебя быть осторожной, Адель! – сурово свел он брови на переносице, но я продолжала улыбаться. – Как ты могла подвергнуть себя такой опасности?! Зачем поехала?!
— Пит, — прошептала я, прикоснувшись пальцами к его гладко выбритой щеке, — ты пришел…
— Адель, ты слышишь меня? – строго спросил он и слегка встряхнул меня. Эта встряска вернула мне здравомыслие, туман рассеялся, и я начала осознавать реальность более-менее адекватно. – Зачем ты нарушила мою просьбу? – все также строго спросил бог. – Зачем подвергла себя и ребенка опасности?!
— Ты не понимаешь, — помотала головой я, прикоснувшись пальцами к переносице. – Эта женщина сделала предсказание про нас. Она просила сказать тебе, что… — я запнулась, вспоминая её слова, — «скажи волку, что грех его не прощен. Как он отнял от сердца матери её драгоценность, так и у него отнимут ту, кто дороже самой жизни». Пит, что это значит? – с отчаянием в голосе спросила я, внимательно следя за реакцией своего любовника на слова ясновидящей. Лицо Пита окаменело, не выказывая никаких чувств, мыслей и эмоций, словно ему было наплевать на все.
— Это полный бред, Адель, — отрезал он, и я впервые увидела на его лице крайне недовольное выражение. – Пойми, предсказателей не существует. Никто не может определить наше будущее, только люди решают, как поступить и какое решение принять. Никто не властен над человеческой жизнью.
— Но она знала, кто я! – с чувством возразила ему, не понимая, как такой мудрый и могущественный мужчина может не видеть очевидного. – Она говорила о тебе и о нашем ребенке. Пит, такое невозможно узнать со стороны, ты же понимаешь это, — заглянула ему в глаза, надеясь увидеть там понимание, но бог по-прежнему упорно поджимал губы. Синие глаза стали заметно темнее, их цвет приобрел глубокий ультрамариновый оттенок. – О чем она говорила? Какое преступление ты совершил?
— Я не совершал преступлений, — рыкнул на меня Пит, и я поежилась от его интонаций. Сила, обида, злость – это все, что проскользнула всего лишь в нескольких словах. – Извини, — зажмурился он, пытаясь совладать с собой. – Я очень испугался за тебя, когда узнал, что ты покинула дворец и отправилась в трущобы, — протянул он непривычно низким хриплым голосом. – Адель, ты расстроила меня, — покачал головой бог, сверля меня укоризненным взглядом. – Этим утром я попросил тебя соблюдать осторожность, а после обеда уже выношу тебя полуобморочную из шатра какой-то шарлатанки! – не выдержав, Пит повысил голос на последних словах, и в небе неожиданно прогремел гром. Только теперь я заметила, что небо уже не безоблачное и ясное, а все затянуто плотными серыми облаками. Тело среагировало инстинктивно, и я отпрянула от мужчины, прижавшись спиной к стенке кареты.
— Не кричи на меня! — мне хватило смелости говорить с ним в подобном тоне в тот момент, когда бог не контролировал свои эмоции, и причиной его гнева был мой поступок. – Я должна была посетить ясновидящую, и я не жалею о своем решении.
Глава 19
Пит ничего не ответил. Лишь его насмешливая ухмылка, в которой нечеткой ноткой промелькнуло уважение, была мне ответом. Пока бог пребывал в мрачных раздумьях, а моя подруга лежала без чувств на противоположном сидении,