Мать наследника

– Почему он вообще встал? Зачем ему наш сын?!
— Адель! – крикнул Пит и хорошенько встряхнул меня. – Прекрати кричать, что это НАШ сын! – шикнул он и опасливо обернулся на дверь, словно нас могли подслушать. – Приди в себя, — попросил он, заглядывая мне в глаза. – Что с тобой?
— Прости, — дрожащим голосом просипела я и поняла, что все это время была не в себе. Сердце бешено колотилось в груди, руки тряслись, как у древней старухи, а в душе царил полный раздрай. – Он напугал меня, — поняла я причину своего состояния и прижалась к груди Пита, стремясь найти в нем защиту и опору. – Напугал, — не выдержав, я заплакала, хоть и понимала, что такое поведение ненормально и несвойственно для меня.
— Адель, мое сокровище, успокойся, — утешал меня Пит, покрывая поцелуями макушку головы. – Ты в безопасности, наш малыш тоже, так что даже не думай бояться этого индюка. Слышишь?! Я допустил ошибку, когда пробудил его так рано. Прости меня. Ты не должна была его видеть, я допустил ошибку.
В глубине покоев раздался детский плач. Я судорожно втянула воздух и отпрянула от Пита, стремясь навстречу своему малышу. Повитуха внесла кричащий сверток в спальню, и мы столкнулись с ней у самых дверей. Я без промедления забрала у нее сына, и в тот момент, когда теплый сверток прижался к моей груди, сердце успокоилось, а душа перестала ныть.
— Почему он плачет? – спросила я у няньки. – У него что-то болит?
— Нет, госпожа, — улыбнулась мне женщина. – Он просто проголодался. Дайте ему свою грудь и покормите, тогда малыш успокоится.
Грудь? Признаться, никогда прежде я не думала, что буду кормить своего ребенка сама. Всех младенцев высшего сословия всегда выкармливали кормилицы, и я была уверенна, что и моего малыша ожидает та же участь. Но настойчивый взгляд Пита дал понять, что я ошибалась. Сыну нужно именно мое молоко.
— Малыш родился очень крупным, — сообщила повитуха. – Ему требуется больше молока, чем обычным детям. Будьте готовы к тому, что он будет висеть на груди почти постоянно.
Первое кормление прошло лежа на кровати. Оказывается, не так-то это просто! Несколько минут мой сын пытался поймать сосок, но, несмотря на все его усилия и мою помощь, получилось это только с десятого раза. Крошечный ротик упорно искал материнскую грудь, стараясь захватить её, и как только это у него получилось, я ощутила острую боль в соске.
— Ай! – воскликнула от неожиданности. Малыш тут же затих, самозабвенно высасывая из груди первое молозиво. Он, словно маленькая присоска, повис на мне так, что клещами не оттащишь. Вот это аппетит! В эти минуты мы с сыном стали одним целым, разделив мое тело на двоих. Запах моего новорожденного крошки – это что-то невероятное, восхитительное и чудесное. Он пах карамельками! Мой крошка источал аромат карамельных конфет, и мне не хватало легких, чтобы надышаться им. Я любовалась его маленьким носиком, пухлыми щечками, милыми губками, и все равно видела в этом крошечном младенце Пита. Его глаза, его черты лица, его сын.
Подняв голову, я неожиданно для себя натолкнулась на странный взгляд Пита. Оказывается, все это время он неотрывно смотрел на нас, таинственно улыбаясь и думая о чем-то своем. Его синие глаза так ярко светились, что я смутилась. Ими он словно заглядывал мне в самую глубину души.
— Что? – тихо спросила я, облизнув губы. Под таким пристальным и чувственным взглядом невозможно ни на что отвлечься.
— Ты хоть понимаешь, какое чудо совершила? – спросил он тихо, чтобы не потревожить ребенка. – Адель, ты подарила мне новую жизнь. Ты сделала мне самый ценный подарок из всех возможных в этом мире. Я уже и не надеялся стать отцом, думал, так и умру, не оставив после себя никого. И вот, ты кормишь грудью нашего сына.
— Ты тоже сделал мне ценный подарок, Пит, — ответила я, тронутая его речью до глубины души. – Если бы не ты, я бы погибла в этом гадюшнике. Я счастлива, что ты появился в моей жизни и позволил узнать, какими прекрасными могут быть отношения между мужчиной и женщиной. Особенно мне нравится плод наших отношений, — посмотрела я на него проникновенным, полным любви взглядом.
Высосав из груди все до последней капли, малыш уснул. Маленькие синие глазки осоловели и закрылись, сосок сам выпал из маленького ротика. Я аккуратно взяла сына на руки, стараясь не потревожить его сладкий сон, и ступая по полу, словно по хрусталю, опустила малыша в детскую кроватку. Едва я отпустила его и распрямилась, мне на плечи легли сильные руки моего мужчины, висок обжег проникновенный поцелуй.
— Это ты принес кроватку? – прошептала я, подняв голову. Пит обнимал меня, с загадочной улыбкой смотря на нашего сына. Он был по-настоящему счастлив.
— Да, — также тихо ответил он и сжал меня ещё сильнее, продолжая целовать