Матриархия

переставали принимать противозачаточные, и… исход понятен.
— Таблетки не выход, — оборвал Айзек. — У нас нет достаточного запаса, да и не до лекарств сейчас. Нет, а есть вообще идеи — почему так? Я бы сказал, что это не вирус, а что-то вроде излучения, как радиация. Излучение как-то действует на женщин…
— И на мужчин — тоже, — подхватил Сандро. — Слушай, ты здесь неплохо устроился, — он поболтал ногами. — А коньяк есть?
Айзек наклонился и взял из-под ног початую бутылку. Сам он сделал пару глотков: здоровский способ расслабиться, хоя и не стоит злоупотреблять, конечно.
После пары глотков мозг обволокивает приятный туман, и думать становится проще. Но он не какой-нибудь там алкоголик. Да ведь никтои не знает, что будет завтра — так почему бы и не выпить немного?
Айзек протянул Сандро бутылку. Тот глянул на этикетку, хмыкнул. Сделал пару глотков и пожал плечами:
— Она спятила, да. Но мы пока держим Викусю в камере. У нас там есть один ученый… ну так, башковитый малый. Он с ней позанимается немного.
— Понятно. Что еще?
— Ничего, — Сандро сделал глоток, и коньяк плеснул, облизывая стекло. — Кроме того, что ты и твои ребята — теряете популярность. Если так и дальше пойдет, если не дать им то, что они хотят… Они уже и так рвут женщин не за тебя, и не ради своей безопасности. Им это нравится.
— Но они ничего не знают. Не знают, что им грозит.
— А что знаешь ты? — усмехнулся Сандро. — Ты стал провидцем?
— Как и все мы, отчасти. Но я хорошо запоминаю сны, так что мы должны как можно быстрее добраться до Королевы.
— Я ведь теперь говорил о том парне? Ходят слухи, что он что-то вроде ясновидящего. Зарисовывает в блокнот картинки, а потом глядь — сбылось. А еще говорят, что мессия вовсе не ты, а он.
— Я не мессия. — Айзек дернул щекой. — И… где искать этого мифического паренька?
— Мы скоро там будем. Если не будет форс-мажора.
— Как с Архипом?
— Угу, как с ним, — Сандро сделал еще один порядочный глоток. У Айзека даже в горле запершило. Как Сандро может пить коньяк вот так, будто чай? Даже не морщась глотает. — А так… Хреново. У женщин постоянно пополняемая армия, а мы теряем лучших бойцов.
— Ты уверен, что лучших? — Айзек прищурился. — Может это естественный отбор? Как часть всего?
— Может, — кивнул Сандро. — Все может. Но не расслабляйся, ты ведь тоже участник этого отбора, а что до источника излучений… Сложная штука. Я ведь раньше любил смотреть ужастики. Знаешь, какой мой любимый?
— Ну?
— «Факультет». Инопланетяне захатили бы всех людей, и, кажется, ничего нельзя сделать. Ничего. А в итоге, стоило убить королеву, матку, так скажем — и все закончилось. Понимаешь?
— Понимаю. Нам нужно искать ЕЕ. Она ведь тоже тебе снится, верно?
— Снится, — подтвердил Айзек. — Но я думаю, что она, в отличие от героини «Факультета», прячется. Весьма и весьма хорошо.
— Но — кто она? — одними губами спросил Айзек, как будто обращаясь внутрь себя.
— Вряд ли инопланетянка, — Сандро крутил бутылку между ладонями. — Она… Я бы сказал, но ты поднимешь на смех.
— Ты знаешь? — во взгляд Айзека вернулась осмысленность.
 — Точно не знаю. Но близко к Антихристу.
Помолчали немного, Айзек думал о второй бутылке: ведь так недолго и пристраститься к выпивке. Но горло предательски пересохло.
— Ты должен их как-то успокоить. Дать новую надежду. Песни… Песни пока придется отставить. Орать ты любишь, и теперь надо учиться ораторствовать. Это разные вещи, если что.
— Если что, — кашлянул Айзек, — я в курсе. Что я должен им сказать?
— Даже так? — усмехнулся Сандро. — Спрашиваешь у меня? Ты должен сказать речь. Сказать, что мы сметем армию тварей с лица земли, и так далее.
— Но мы этого не сделаем. А что с тем провидцем? Может, его приплести?
— Можешь и его приплести. Но если пустишь дело на самотек, то можешь распрощаться… С общиной. И со спокойной жизнью.
Айзек подогнул пальцы. Ногти чистые, на кончиках пальцев твердые мозоли.
«Эти руки извлекают крутые звуки», — подумал Айзек.
— Опять задумался? — Сандро встал и повел стволом «калаша». — Твоя главная проблема. Вместо того чтобы действовать, ты предпочитаешь думать. Сегодня же выступишь, в клубе… Но никаких гитар. Скажешь по делу. Я тебя учить не буду. Подготовь речь, но знай, что положение у тебя штакое. Нужен козырь.
***
— Ну, и что теперь? — голос у Рифата хриплый, и я сам тоже простужено кашляю. Вениамин баюкает ушибленное колено, рядом с ним — Риточка. Я их не вижу сейчас, но с минуту назад Рифат зажег спичку, чтоб показать картину «Три человека в свете золотистого ореола, и дитя».
Когда потухла спичка, стало еще темней.
— Ничего.
— Ждать,