Старый враг Киржач подставил Грека и засадил его по ложному обвинению в тюрьму. Ни в чем не повинный парень оказался на нарах в «Матросской тишине», где купленные вертухаи с помощью жестоких пыток стремятся вышибить из него волю и разум. И в довершение всего Греку предстоит участвовать в боях без правил. Цена победы – жизнь.
Авторы: Седов Б. К.
спятить. Потеряв в одночасье все, что имел, – огромные деньги, положение и власть, Киржач, похоже, окончательно поехал крышей. Артем догадывался, что изуверский план бывшего провинциального олигарха не ограничивался уже выпавшими на его долю подставой, физическими истязаниями в ИВС и сорвавшимся изнасилованием в пресс-хате. И можно было только догадываться, какие еще мерзости уготованы ему в самое ближайшее время съехавшим с катушек психопатом. Особенно теперь, когда он с божьей помощью сумел вырваться из костлявых лап смерти.
– Спаси-и-ите-е-е!!! Убива-а-а-ают!!! А-а-а-а-а!!! – улучив момент, что есть силы заорал смотрящий. И, словно по команде, его сразу поддержали Цыган и оказавшийся на редкость трусливым пузатый здоровяк Боцман. Последний, вне себя от ужаса, даже успел спрыгнуть со шконки, метнуться к двери и начать отчаянно колошматить по ней руками и ногами.
При виде коллективной истерики Артем лишь брезгливо сжал губы, поморщился, сплюнул на пол и сел на край ближайшей шконки. Сейчас на крики прибегут контролеры, выдернут его из поставленной на уши пресс-хаты и до особого распоряжения начальника СИЗО затолкают в карцер. Подонок Шалгин заставит сявок накатать заявления, и в его, Грека, уголовном деле появится дополнительный эпизод по факту еще одного нанесения «тяжких телесных повреждений».
В коридоре послышался топот, дверь камеры распахнулась, и в хату под громкие крики о помощи ворвались сразу четверо разгоряченных цириков. Мигом оценив произошедшее здесь побоище, вооруженные дубинками мусора налетели на Артема, сдернули его со шконки, заломили руки, надели «браслеты», двумя ударами под колени уронили на пол и принялись яростно избивать. Когда, минуты три спустя, первый этап «усмирения» арестанта был завершен, контролеры подхватили корчащегося от боли Грека под руки и выволокли в коридор.
В том, что его поместят именно в карцер, Артем не ошибся. Его затолкали в тесную одиночку, отдаленно напоминающую ту, что была в ИВС. Но оставить его в покое вертухаи явно не собирались. Мусора сразу же принялись за вторую часть экзекуции. Сначала, побросав дубинки, просто били, руками и ногами. Профессионально били, по корпусу, стараясь не оставлять следов на лице. Грек несколько раз терял сознание, но его снова и снова приводили в чувство проверенными методами. Затем, облив ведром холодной воды и дав время прийти в себя, притомившиеся цирики сделали паузу на перекур.
Потом пытка продолжилась. Появились полиэтиленовый пакет и моток изоленты. Пакет надели на голову Артема, плотно перетянув изолентой на шее. Когда от недостатка кислорода у него начались судороги, полиэтилен вспороли. Принесли табуретку. Трое дюжих контролеров подняли его, чуть живого, на руки, четвертый задрал запястья Грека до упора вверх и накинул связующее звено «браслетов» на торчащий из стены карцера, под потолком, крюк. Артем повис на дыбе и в очередной раз потерял сознание. Уставшие контролеры наконец ушли, лязгнув дверью.
Артем открыл глаза и увидел белый потолок, на котором дрожал солнечный луч. Скосил взгляд в одну сторону – большое, забранное решеткой окно. Три шконки, две из них пустые. На третьей кто-то неподвижно лежит, накрывшись одеялом до самой шеи и повернувшись лицом к голубой, местами облупившейся стене. Рядом со шконками древние тумбочки без ручек на дверцах. И повсюду – специфический запах. Лекарств, бинтовых повязок, хлорки и человеческого пота. Запах больницы.
Видать, мусора его хорошо отделали, раз он оказался здесь. Артем прислушался к своим ощущениям. Немного болела левая почка, каждый вдох отдавался тупой болью в противоположном боку. По всей видимости, сломано ребро. Грудь стянута тугой повязкой. Остальное, кажется, в норме. Он попробовал осторожно пошевелить сначала кончиками лежащих вдоль тела рук. Получилось. Затем ног. Тоже. Подвигал челюстью из стороны в сторону. Порядок. Провел рукой по паху. Все цело, не болит. Медленно вытянул руки из-под укрывавшей его простыни и дважды согнул-разогнул их в локтях. И сразу отбитые вертухаями плечи, шея и спина взорвались болью. Лицо свое Грек видеть не мог, но чувствовал – оно почти не пострадало. А вот тело…
На дальнейшее исследование времени не хватило. Дверь палаты неожиданно распахнулась, и Артем, скосив взгляд, увидел человека, появление которого в тюремной больнице стало для него полной неожиданностью. Это был Игорь Уваров, лейтенант ОМОНа! И что больше всего поразило Грека – в руке у бывшего сокурсника, подло сдавшего его костоломам из милицейского спецназа, был полупрозрачный пластиковый пакет.
