Старый враг Киржач подставил Грека и засадил его по ложному обвинению в тюрьму. Ни в чем не повинный парень оказался на нарах в «Матросской тишине», где купленные вертухаи с помощью жестоких пыток стремятся вышибить из него волю и разум. И в довершение всего Греку предстоит участвовать в боях без правил. Цена победы – жизнь.
Авторы: Седов Б. К.
И ребятки его не промах. Я имею в виду не местных уродов, Самира с Мухой, а тех, что меня привезли. Ведь это они тебя у Птицына на хате скрутили?
Лейтенант угрюмо кивнул и осторожно потрогал не на шутку раздувшийся глаз.
– Убью акбара е…аного!
– Прикладом?
– Да. Падла…
– На видике пленка лежит, с записями боев Аттилы. Белобрысый специально для меня скрытой камерой снимал, а затем на ви-эйч-эс скопировал. Все очень серьезно, Игорь. И если мы вовремя не соскочим отсюда – абзац гарантирован.
Некоторое время оба молчали, думая об одном и том же.
– Кстати, – повел носом Игорь, – ты бы переоделся, что ли. Без обид, старик. Но от твоего зековского прикида гнилью разит, как от мусорной ямы.
– Сам знаю… не дави на мозоль. – Грек кинул взгляд на полученную в больнице СИЗО чистую, но вконец драную и источающую стойкое затхлое амбре неизвестного происхождения одежку, перевел его на надетые на босу ногу заскорузлые тапочки, подошел к блоку селекторной связи и нажал кнопку вызова: – Эй, вы, благодетели ху…вы! Нам бы в душ. И чистую одежду, плиз. Размер пятьдесят четыре. И пожрать принесите.
– Вафельницу захлопни, – голосом Вольдемара отозвался селектор. Помолчав, телохранитель добавил нехотя: – Вечером получишь. А пока сиди и дрочи, бля.
Зеленый светодиод на коробке моргнул и потух.
– Ну, п… е… – прошипел Артем и в бессильной злобе ударил кулаком в дверь. Впрочем, несильно. За неимением другого оружия кулаки надо беречь. Еще пригодятся.
– Может, в шкафу посмотреть? – предложил Уваров и кивком указал на встроенный шкаф-купе. – В душ, так и быть, позже. Но рубище это бросай в окно. Единственный здоровый глаз – и тот уже слезится от вони.
Артем сначала не понял, о чем идет речь, но пригляделся повнимательней и заметил: фотообои с Ван Даммом на самом деле были наклеены не на стену комнаты, а поверх раздвижных дверей шкафа.
…Кое что из барахла на полках действительно нашлось. Но шмотки хоть и высокого, но тощего, как глиста, тинейджера, увы, оказались Артему настолько малы, что из всего имеющегося барахла он смог выбрать только черный джемпер и широкие штаны попугайской расцветки. И то и другое, треща по швам, с горем пополам налезло, но – пришлось в самую обтяжку. Отчего потенциальный гладиатор, по твердому мнению не удержавшегося от улыбки Игоря, стал очень похож на балеруна в облегающем топике и детально обрисовывающих не только упругую задницу, но и «передницу» аляповатых лосинах. И только шузы долговязый отпрыск хозяина виллы, как это часто случается в подростковом возрасте, носил уже вполне взрослые. Артем смог переобуться в качественные кроссовки сорок четвертого размера.
– А ты, это… ничего! – Несмотря на все их незавидное положение, лейтенант Уваров буквально давился от смеха. – Класс! Чем не Рудольф Нуриев?
– Лучше застрелиться, бля. – Это были все слова, которые смог выдавить из себя Артем, увидев свое отражение в зеркале. После чего быстро стянул чужие тряпки, затолкал их в шкаф, влез в грязно-синюю тюремную робу.
– Жрать не дают, мыться тоже не дают. Давай, что ли, видео посмотрим? – предложил Игорь. Не дожидаясь ответа, омоновец подошел к магнитофону, вогнал кассету в приемник и с пультом ДУ в руке по-хозяйски растянулся на нижнем ярусе кровати. – Не сидеть же без толку. Будешь со всем усердием готовиться к махаловке с Аттилой. Так что гляди, запоминай повадки зверя…
– Кирпич тебе на язык, – искренне пожелал Артем. Понаблюдать за боями чемпиона однозначно следовало. И не раз. Артем выдернул из-под пустого компьютерного столика офисный стул, развернул спинкой вперед, сел, положив подбородок на сцепленные руки и устремил взгляд на плоский экран телевизора.
С первых кадров стало ясно, что качество видеосъемки оставляет желать лучшего, если не сказать крепче. Запись была откровенно дерьмовая. Объектив скрытой камеры часто дергался, кривился то в одну, то в другую сторону, поставленный на автомат фокус постоянно «плавал», а тусклое освещение места боя придавало изображению изрядную толику «зернистости». И все-таки главное – сам ход поединка и внешность гладиаторов – можно было рассмотреть более или менее детально.
Боец по кличке Аттила, как и предполагал Грек, габаритами мало отличался от Кинг-Конга. Огромный, не менее двух метров ростом, бронзовый мускулистый метис с чуть раскосыми и совершенно пустыми, как у зомби, глазами, расплющенным носом, заячьей губой и испанской бородкой. Сначала он долго проверял соперника, своим нарочитым бездействием вынуждая того первым броситься в атаку и раскрыться, выискивал его слабую
