Старый враг Киржач подставил Грека и засадил его по ложному обвинению в тюрьму. Ни в чем не повинный парень оказался на нарах в «Матросской тишине», где купленные вертухаи с помощью жестоких пыток стремятся вышибить из него волю и разум. И в довершение всего Греку предстоит участвовать в боях без правил. Цена победы – жизнь.
Авторы: Седов Б. К.
спросил достаточно громко, чтобы слышали все: – Ты в своей умной голове уже наверняка прикинул, на что потратить такую кучу денег. Ну, не ломайся как целка, колись!!! Я же тебя, прохвоста, как залуп… как облупленного знаю!!! Ну не мог ты, сын торговца шнурками и учительницы математики, родившийся с крохотными бухгалтерскими счетами в загребущих ручках, не разложить все загодя по полочкам, хоть убей меня – не поверю!!! Что глазенками елозишь, морда продувная, угадал я, м-м?!
– Угадал, угадал, – вынужден был нехотя признать чуть растянувший уголки губ клерк. – Я хочу добавить эти деньги к тем, что уже удалось собрать, послать на… все четыре стороны Бегемота, вместе с его сраным банком и хроническим геморроем, и открыть собственную риэлтерскую фирму, специализирующуюся на недвижимости за рубежом. Штучная работа, но зато прибыль… Да и просто менять квартиры в Москве и Питере на жилье в Хайфе и Берлине – это… – Пургель мечтательно вздохнул, на миг закатив глазки к потолку.
– Не сомневаюсь, ты все три тысячи раз просчитал. А потом еще две тысячи раз перепроверил. Значит, дело действительно стоящее. Короче, Склифосовский. Доставай трубку и прямо сейчас заказывай ужин в «Праге», – Киржач похлопал Пургеля по плечу и ощерился еще шире, во все тридцать два голливудских белоснежных зуба. – Потому что сегодня вечером у нас с тобой будет грандиозная пьянка, а завтра с утра у тебя появится реальная возможность подать учредительные документы, которые, бля буду, уже давно готовы и ждут своего часа в одном из сейфов! Я гарантирую! Верно, Грек?! – И бывший чиновник подмигнул развалившемуся на стуле, внешне совершенно спокойному Артему. – Зададим жару черномазым?!
Грек посмотрел на убийцу своего отца и сестры таким тяжелым взглядом, что Киржач мгновенно спал с лица, перестал улыбаться и отвернулся. И, как ни в чем не бывало, с фальшивой резиновой улыбочкой на роже продолжил ездить по ушам подельника, который в погоне за сладкой халявой пошел на преступный сговор с больным на голову.
Вскоре пришел сопровождаемый сразу четырьмя вооруженными охранниками кассир от тотализатора, судя по невозмутимому виду – заранее предупрежденный об огромных размерах ставки. Он достал из своего объемного кейса крохотную счетную машинку, вскрыл все банковские упаковочные ленты, не обращая никакого внимания на кривую ухмылку и демонстративные охи-вздохи стоящего над душой Пургеля, выборочно проверил на подлинность по одной купюре из каждой пачки, пересчитал всю сумму на машинке, занес данные ставки в портативный ноутбук, вместо букмекерской квитанции выдал Киржачу номерной жетон с микрочипом и испарился вместе с баксами, напомнив напоследок, что в случае успеха «господин Иванов» получит выигрыш более чем в десять миллионов.
Еще через десять минут огромный цех всколыхнулся, раздались крики, вопли, возгласы и аплодисменты собравшейся вокруг клетки с бойцами толпы. Рефери в попугайской полосатой футболке объявил начало первой схватки. Сошедшихся в драке без правил гладиаторов звали, как всегда, броско и мистически, – Дракон и Кровавый Папа…
В течение часа, вплоть до начала четвертого боя, Артем неподвижно сидел на стуле, вытянув ноги и закрыв глаза. Его, по молчаливому приказу Киржача, не беспокоили, старательно делая вид, что его вообще нет в комнате. И лишь когда в дверь постучал уже виденный ими при входе в цех плечистый громила в костюме, вежливо напомнил, что заключительный поединок дня состоится после небольшого перерыва. Он предупредил, что соперник Аттилы должен быть готов выйти к рингу, на обозрение публики, через пятнадцать минут. Грек открыл глаза, медленно расправил плечи, поднялся, жестким и резким тоном попросил всех, кроме Тренера, покинуть помещение, терпеливо дождался, пока все, в том числе и скрипящий зубами Витек, нехотя выйдут в коридор, и лишь затем сбросил куртку от спортивного костюма и, подбодряемый репликами Тренера, приступил к разминке.
Артем замер перед распахнутой решетчатой дверью, ведущей в клетку. Внутри клетки повсюду была кровь. Ею, свежей, остро пахнущей бойней, была заляпана вся гладиаторская арена, а кое-где – даже огораживающие ее железные прутья. Грек умышленно заставил себя не смотреть на предыдущие поединки. Но по количеству крови можно было без труда представить накал драк, которые только что здесь происходили. Усилием воли он заставил себя не наблюдать, но уши-то он не затыкал. Он знал, что третий поединок завершился открытым переломом голени одного из соперников. А в четвертом гладиатору по кличке Вампир сломали нос, превратив его в месиво из фарша и костяной крошки. Вот почему
