Маятник мести

— Спасибо, мы как-нибудь сами найдем, — поспешил поблагодарить Нечай, облачаясь на пару с Рыдей в белые одежды.
— Только не вступайте с ним в личный контакт, — вслед им прокричала доктор.
— Чего не вступай? — не понял Рыдя.
— Не здоровайся с ним за руку и не целуйся, — буркнул Геннадий, выискивая по номеру нужную ему палату.
— Чего я, педик что-ли, целоваться с ним?… — начал было ворчать здоровяк, но Нечай поднял руку. Они стояли у нужной двери.
Осторожно приоткрыв ее, оба стали разглядывать обитателей палаты. Их оказалось всего двое. Седенький старичок с пропитой мордочкой явно в счет не шел.
— Вон тот, здоровый, — шепнул Нечай нависшему над ним Рыде.
— Ба, да я его знаю! — обрадовался тот. — Это же Борян.
— Что за Борян?
— Да, алкаш местный. На нашем местном базарчике ошивается. За пол-литра мать родную готов продать.
— Это хорошо, — решил Нечай и открыл дверь.
— Так, вы погуляйте пока, нам с товарищем поговорить надо, — быстро выпроводил он понятливого старичка. Прикрыв за ним дверь, Рыдя прислонился к ней, таким образом забаррикадировав вход своей мощной фигурой.
— Итак, гражданин, что вы видели сегодня в лесу, примерно в полдень, до приезда милиции. И пожалуйста, поподробней, — без долгих предисловий обратился Нечай к лежащему под капельницей верзиле.
Машинально он начал говорить в официально-допросной манере, чуть-чуть переигрывая. Оглянувшись на дверь, он подставил стул поближе к кровати, так, чтобы лежащий не видел стоящего у дверей человека.
Валерка Баринов, или как все его звали Борян, чуть не застонал от досады. Только он почувствовал какое-то облегчение, задремал, и на тебе, снова эти менты!
В то утро он проснулся минут за пять до начала основных событий. Подняв с земли тяжелую голову и обнаружив около себя качающуюся от ветра и похмельного синдрома зеленую стену леса, Валерка нисколько не удивился а, коротко простонал, и уронив голову на мягкую подушку травы, прикрыв заплывшие глаза, с облегчением подумал: «Кажись в лесу, слава Богу!»
Благодарить Господа было за что. Один раз он уже просыпался вот так же по пояс в озере, и хорошо еще, что в воде находилась нижняя часть тела. А позавчера Валерка вообще очухался на кладбище, о чем долго потом вспоминал с содроганием души и тела.
Борян не работал уже года два, но неизменно умудрялся каждый день нажираться до скотского состояния. Людям несведущим это могло показаться фантастикой, но у нас в России дело самое обычное. Надо только иметь обширный круг лиц, интересующихся той же проблемой, а все остальное приложится. Внешне он еще как-то держался, регулярно брился, одет был вполне прилично. Временами он пристраивался к какой-нибудь одинокой торговке, тоскующей по плотской любви, но через пару недель с треском вылетал прочь, ибо несмотря на немалые «мужские» достоинства, долго терпеть его вздорный характер не мог никто. Со временем круг его бывших подружек расширился настолько, что Борян целыми днями слонялся с одного базарчика на другой до тошноты канюча то червонец, то двадцатник у свирепеющих на глазах женщин. Иногда он подряжался разгружать машины, переносить мебель, здоровьем его природа наделила с избытком, даже «зеленый змий» не смог его разрушить его до конца. Словом, жил Борян как хотел и как умел.
— Ну, долго нам еще ждать? — подбодрил больного незваный визитер.
Валерке пришлось открыть глаза. Боряну так явно припомнился тот зеленый похмельный прибой зеленого леса, что у него даже подкатило к горлу. Еле справившись с тошнотворным посылом и скривившись, он начал припоминать:
— Ну, это, у меня как раз живот приперло. Сижу в кустах, от нечего делать по сторонам башкой ворочаю. Гляжу, метрах в пятидесяти от меня из-за кустов капот красной «Нивы» торчит. Потом мужик какой-то вылез из нее, подошел к забору и шасть через него. Потом, вроде бы звук машины, ее я не видел, это с другой стороны дома, только вскоре за забором пальба началась. Я и не понял, что стреляют, как палкой по штакетнику колотят. Дальше, значит, машина эта, «Нива», завелась и к забору подъехала, ну это уже совсем рядом со мной. Мужик тот снова через забор вылез и бегом в машину. Ну и уехали они.
— Все? — спросил Нечай.
— Все! — подтвердил Борян.
— Человека этого узнать сможешь?
— Мне вообще-то не до этого было, но, если надо, попробую.
Нечай оглянулся в сторону напарника. Это было даже еще хуже, чем он себе представлял. Но не даром Геннадий ходил на это дело сам. Из всей своей армии боевиков Нечай был уверен только в себе. Он знал свое умение легко и быстро ориентироваться в любой ситуации. Решение пришло мгновенно.
— Вот что, засранец,