Высокопоставленный чиновник Виктор Спирин и криминальный авторитет Геннадий Нечаев заключили между собой тайный преступный союз. И одного, и другого интересуют только власть и деньги. Подельники не брезгуют ничем ради достижения собственных целей. Отнять последнее и даже саму жизнь для них не составляет труда. Под жерновами коварного безжалостного сговора оказался молодой лейтенант Алексей Ремизов. По ложному обвинению он попадает на зону. Но не опускает руки, не впадает в отчаяние, а, наоборот, бросает вызов обстоятельствам и самой судьбе. Теперь им движет только месть.
Авторы: Сартинов Евгений Петрович
своих парней выходил из пиратского притона, когда к ним заплетающейся походкой наркомана подошел невысокий парнишка лет тринадцати, не больше. Один из телохранителей его остановил, но тот стал упорно рваться к Нечаю.
— Эй, Нечай, дело есть! — крикнул он.
— Пусти его, — обратился Геннадий к охраннику и спросил пацана: Чего надо?
— Ширево давай. Там, у твоего подъезда, Вица дожидается с двумя корешками. За кустами.
Нечай присмотрелся и узнал того самого мальчишку, что в свое время таскал капусту Михаю. С тех пор он сильно сдал, желтоватая кожа плотно обтягивала заострившееся лицо, голова чуть дрожала, похоже, что его всерьез ломало.
«Догорает пацан», — подумал Геннадий и спросил:
— В каких кустах, справа или слева от входа?
Пацан надолго задумался, но потом все-таки сосредоточился и сообразил.
— Как идешь, налево.
Нечай переглянулся с Рыдей.
— Похоже, клюнул, — сказал Геннадий.
Эти две ночи он провел в городе. Ему до смерти надоел переполненный народом дом в Лысовке, кроме того, Нечаю не хотелось привыкать к снотворному, он с предубеждением относился ко всем лекарствам, считая, что вреда от них больше, чем пользы. Но самое главное, это Геннадий сделал все, чтобы заклятый враг узнал, где он сейчас ночует. К дому они всегда подъезжали с помпой, не менее трех машин, и вся толпа с шумом вываливалась из авто и вламывалась в подъезд. И похоже, Вица купился на этот спектакль.
Нечай кивнул на молодого наркомана:
— Суньте его в машину, а там посмотрим, врет он или нет.
Вица с двумя подельниками терпеливо дожидался своего врага. Он знал, что тот сейчас не ездит без охраны и вряд ли ему удастся спастись после покушения, но ему было уже наплевать. Работала иная психология, непонятная простому человеку, воровской кодекс чести диктовал свои правила.
Благоуханная летняя ночь, казалось, призывала к любви и покою, но эти трое думали только о смерти. Ожидание затянулось, по кругу пошел последний косячок с «планом», наконец вспыхнули огни фар выехавшей из-за угла машины, за ней показалась вторая. Вица, щурясь, напряженно вглядывался в темные окна салона, но шофер почему-то упорно не выключал дальний свет. И Вица понял, что они сейчас как на ладони, их видно сквозь редкую поросль чахлых кустов. Он выпрямился во весь рост, вскинул обрез, но тут позади его застучали торопливые выстрелы. Получив несколько пуль в спину, Вица выгнулся все телом, последним движением сумел нажать на спуск, но оглушительно громыхнувший выстрел пропал впустую, так как пуля ушла вверх.
Убитых быстро погрузили в подъехавший джип, и он отбыл в сторону речного омута. Один из убийц, на ходу прыгнувший во вторую машину, засмеялся и обернулся к соседу.
— Витек, посмотри с чем они были. Это ж обрезы!
Теперь в салоне смеялись все. Нечай вооружил своих людей более основательно. Кроме пистолетов он приобрел короткоствольные, но мощные пистолеты-пулеметы «Скорпион» чехословацкого производства. Стоило это бешеных денег, но Геннадий не жалел средств, если дело сулило выгоду.
С кончиной Вицы в городе осталось еще много уголовников, но все это была мелкая сошка, шушера, не способная противостоять ему.
Теперь перед Нечаем стояла самая сложная задача. Надо было установить контроль над главным рынком города. Его уже лет пять активно пасли приезжие из Азербайджана во главе с толстым и добродушным на вид Рамизом Алиевым. Это был полный жгучий брюнет с роскошными усами, чуточку делавшими его похожим на покойного композитора Френкеля. Легально ему принадлежали три магазина и шашлычная на базаре, а также два киоска на привокзальной площади. Время от времени он спонсировал то детдом, то интернат, и это всегда бурно освещалось в местной печати. Регулярно появлялись хвалебные статьи и фотографии сияющего белоснежной улыбкой Алиева в окружении худосочных детей.
Трудность состояла в том, что за Алиевым стояла мощная структура из областного центра. Два года назад люди некоего Тайменя попытались прижать «грачей». Но по вызову Алиева из губернского центра приехали десятка два громил чисто славянской внешности и отправили к праотцам Тайменя и парочку его корешей.
Нечай сломал голову, стараясь найти подходы к неуязвимому азербайджанцу. Стараясь выяснить о нем побольше, Геннадий узнал, что Рамиз давно строит большой двухэтажный дом на окраине города. Стройка шла ударными темпами, Алиев подгонял строителей, желая въехать в белокаменный дворец к своему дню рождения. Дня за три до этого Нечай подпоил сторожа, проник со своими людьми в дом и установил там несколько жучков, в том
