Высокопоставленный чиновник Виктор Спирин и криминальный авторитет Геннадий Нечаев заключили между собой тайный преступный союз. И одного, и другого интересуют только власть и деньги. Подельники не брезгуют ничем ради достижения собственных целей. Отнять последнее и даже саму жизнь для них не составляет труда. Под жерновами коварного безжалостного сговора оказался молодой лейтенант Алексей Ремизов. По ложному обвинению он попадает на зону. Но не опускает руки, не впадает в отчаяние, а, наоборот, бросает вызов обстоятельствам и самой судьбе. Теперь им движет только месть.
Авторы: Сартинов Евгений Петрович
Вика. — Мы с тобой когда в первый раз сошли с ума?
— Где-то в начале сентября, — припомнил Виктор.
— Ну вот, эти самые восемь недель, так оно и есть! Что делать будем?
— Как что?! — удивился Спирин. — Рожать!
— Да не в этом дело, — улыбнулась Вика. — Это само собой разумеется. Ты представляешь, какой живот у меня будет на свадьбе? Вот гости посмеются!
— Ну, это просто, — рассмеялся Спирин. — Через три недели у тебя еще никакого живота не будет.
— Ты что, серьезно? — удивилась девушка. — А как, нам пойдут навстречу в загсе? У них ведь там строгая очередь?
— Ну куда они денутся! Да я их просто уволю!
Вика рассмеялась, запустила пальцы в волосы Спирина, взъерошила их, а потом, убрав с лица улыбку, спросила:
— Витя, а как горожане, они нас поймут? Мы ведь только ради этого хотели справить свадьбу в феврале? Через три недели Ларисе будет…
Она про себя начала считать, но резко поднявшийся с пола Спирин оборвал ее. Присев на подлокотник, он обнял плечи девушки и сказал:
— Они в любом случае осудят: завтра мы свадьбу сыграем или в феврале. Тем более всем будет ясно, что это у нас с тобой давно, — и нагнувшись, он погладил еще плоский, упругий живот любимой.
Вика задумчиво посмотрела на него.
— Что, все-таки сомневаешься? — спросил Спирин.
— Да нет, просто прикидываю, успею ли сшить себе свадебное платье.
Прошла уже неделя, но Спирин до сих пор пребывал в состоянии легкой эйфории и все, что не касалось его будущей свадьбы, жены и ребенка, казалось таким мелким, будничным и неинтересным.
Как раз в те же дни Нечай отбыл с двумя телохранителями на юг, в Сочи. Он хотел завершить красивую комбинацию, начатую еще в августе, с похищения Усмонова. Именно там, в «Дагомысе», должен был отдыхать в это время узбекский «бай», привыкший к южному городу еще в то время, когда числился в номенклатуре КПСС. Нечай не стал обращаться в Саратов, по тем адресам, что под пытками сказал ему Усмонов. Это сразу привлекло бы к нему подозрение компаньонов Усмонова, не зря они держали в тайне свои каналы поставок наркотиков.
Провожая своего «патрона» в аэропорту, Рыдя не думал, что давно стал
«объектом охоты». Гриша Граф, как это говорят охотники, «скрадывал» его. Он уже выяснил, где тот живет, на чем ездит, когда возвращается домой. Гриша к этому времени приоделся, влез в один из ближайших к пустоши домов и позаимствовал у загулявших на свадьбе хозяев теплую, добротную и приличную одежду. Больше всех от кражи пострадал хозяйский пес, волкодав размером с хорошего теленка, нещадно избитый вернувшимися под утро хозяевами. Зато теперь Гриша спокойно ходил по ночным улицам, правда натянув на голову капюшон и избегая освещенных мест. Проблем с едой у него тоже не было. Доев двух небольших овечек, добытых у подслеповатого старика, он утащил прямо из сарая молодого козлика, благо погода стояла морозная и мясо хранилось хорошо. В день отлета Нечая Григорий в очередной раз осмотрел свою рану, попробовал руку в действии и решил, что теперь пора действовать.
Вечером Рыдя подъехал к своему гаражу недалеко от дома, вышел из машины и сунул в замочную скважину длинный ключ внутреннего замка. В этот момент сверху, с крыши, на Рыдю обрушилось что-то тяжелое, беспощадно отключившее его сознание.
Очнулся он не скоро в довольно странном положении. Сначала он ощутил боль в руках. Очнувшись, Рыдя понял, что висит на связанных руках и попробовал найти ногами точку опоры. Это ему удалось, он встал, только снизу раздался какой-то странный звон, но боль в кистях ослабла, и Сергей осмотрелся по сторонам. Первой он увидел — печку буржуйку, в открытой топке которой яростно плясал огонь. Рядом с печкой Рыдя разглядел что-то вроде нар с наваленным сверху тряпьем, все остальное терялось во мгле. Со стороны буржуйки тянуло теплом, а вот сзади его тело холодил сквознячок. Опустив голову Рыдя увидел, что он голый, и это его поразило больше всего. Только теперь вслед за недоумением и яростью поднялась мутная волна страха. Поняв, что в помещении он один, Рыдя попробовал высвободить руки, но оказалось, что привязан он был крепко. Подняв голову, Сергей хотел разглядеть, на чем он висит, но не увидел, все терялось в темноте, только в затылке проснулась дикая боль, и он прикрыв глаза, мучительно застонав.
Чуть оклемавшись, «адъютант» Нечая пошевелил ногами, снова вызвав лязг и звон металла. Приглядевшись, он понял, что ступни связаны цепью, по виду похожей на собачью, так что он мог стоять, и не более. Тут он выругался, попробовал еще раз освободить руки, но только до крови растер запястья. Боль остановила его ярость. Рыдя
