Когда нас в бой пошлeт товарищ Сталин…Жанр — ‘попаданец’ от антисиониста. Лаврентий, ты понимаешь, что мы с тобой дураки, если хотя бы слово из этого, — Сталин показал на папку, которую он до этого читал, — попадет к кому-нибудь кроме нас с тобой. Коба, я этого не допущу, — сказал Берия и успокоился, гроза прошла. Устранить объект и наиболее информированных из тех, кто читал протокол допроса, большого труда не представляло.
Авторы: Чекоданов Сергей Иванович
Центральным фронтом.
Жуков, судя по всему, ожидавший этого вопроса с первой минуты, сказал:
— Товарищ Сталин, если вы говорите о событиях в полосе обороны семнадцатой танковой бригады второго танкового корпуса, то должен сообщить, что события развивались не так, как написали эти английские журналисты. Капитан Григорьев действительно приказал расстрелять захваченных в плен немецких солдат, потому что они принадлежали к зондеркоманде, зверски уничтожившей наш госпиталь. Я докладывал об этом случае.
— А английские журналисты знали об этом?
— Так точно, товарищ Сталин, знали. — Ответил Жуков, и с яростью в голосе продолжил. — И присутствовали на месте уничтожения госпиталя. Им было показано всe. Но они не пожелали рассказать об этом.
— Товарищ Молотов. — Сталин повернулся к наркому иностранных дел. — Подготовьте всю информацию об этом инциденте и передайте в английское посольство в виде официальной ноты советского правительства. И потребуйте, чтобы данные материалы были опубликованы в тех газетах, которые написали «о зверствах Красной Армии». Предупредите их, что если этого не произойдeт, то все, без исключения, английские журналисты будут лишены аккредитации на советско-германском фронте и немедленно высланы из страны.
— Я не уверен, что это на них подействует. — С сомнением в голосе возразил ему Молотов. — Как всегда сошлются на свободу печати и проигнорируют наше требование.
— Я тоже не уверен. — Ответил Сталин. — Но у нас будет повод избавиться от этих шпионов. А свобода печати… Знаем мы цену буржуазным свободам. Что хозяин прикажет, то их «свобода» и разрешит прокукарекать.
— Товарищ Сталин, а что с капитаном Григорьевым будем делать? — Решил воспользоваться хорошим настроением вождя Жуков.
— А что вы уже сделали?
— Хотел под трибунал отдать, но увидел, что эти мерзавцы сделали с ранеными и медсeстрами, и не смог. — Ответил Жуков и, немного подумав, добавил. — Если бы мне в тот момент кто-нибудь из немцев попался, пристрелил бы собственноручно, ни секунды не раздумывая.
— Капитана Григорьева разжаловать в лейтенанты и отправить командовать штрафной ротой с формулировкой «За превышение полномочий». За то, что устроил всe это на виду у журналистов. — Сказал Сталин, подумал и добавил. — Военным прокурорам всех армий отдать приказ о том, что подобные преступления фашистов они могут рассматривать сами с приведением приговора к исполнению немедленно. Приготовить приказ об этом, и в виде листовок разбрасывать над немецкими войсками. Пусть знают, что их ожидает.
— Боюсь, что большинство из них до трибунала попросту не доживeт. — Высказал своe мнение Тимошенко.
— Если это не будет происходить при иностранных журналистах, то можно подобные проявления гнева не замечать. Но если у вас будут погибать пленные, не причастные к преступлениям, то командующие фронтами и армиями будут нести за это ответственность вместе с непосредственными виновниками. — Сказал Сталин Тимошенко. — Нам не нужно пугать солдат противника ненужной жестокостью. Это уменьшит и наши потери.
— Товарищ Сталин, что будем делать с Механизированной группой Центрального фронта? — Спросил Жуков.
— Как показал опыт боeв, такие объединения танковых и механизированных корпусов необходимы. — Ответил ему Сталин. — Есть мнение преобразовать еe в Первую танковую армию. Командующим назначить генерал-майора Катукова. На переформирование и пополнение армии отвести месяц. После чего перебросить еe к границе Силезии. Чем быстрее мы возьмем промышленные районы Силезии и Чехии, тем быстрее сможем сломить противника. Необходимо также подготовить условия для формирования других танковых армий.
Андрей отметил про себя ещe два вывода сделанные вождeм из его докладов. Это, во-первых, формирование танковых армий. Но вначале Сталин убедился в эффективности применения Механизированной группы Рокоссовского. Выводы, конечно, налицо. Полное уничтожение Первой танковой группы Клейста за две недели. Конечно, большую роль играет и роль командующего, вряд ли кто-нибудь ещe сумел бы это сделать столь быстро и эффективно.
Вторым очень важным выводом было формирование штрафных батальонов. Вообще-то, Андрей завeл речь о них для того чтобы толкнуть вождя к мысли вытащить из лагерей НКВД военных, отправленных туда по знаменитой 58 статье. При этом он взывал к рационализму вождя, который, как известно, не гнушался использовать теоретические и практические находки своих противников, творчески осмысливая их при этом. Сталин в тот вечер внимательно выслушал его, попросил уточнить принципы формирования. Услышав, что в лагерях брали только добровольцев, он молча кивнул головой, как всегда
