Когда нас в бой пошлeт товарищ Сталин…Жанр — ‘попаданец’ от антисиониста. Лаврентий, ты понимаешь, что мы с тобой дураки, если хотя бы слово из этого, — Сталин показал на папку, которую он до этого читал, — попадет к кому-нибудь кроме нас с тобой. Коба, я этого не допущу, — сказал Берия и успокоился, гроза прошла. Устранить объект и наиболее информированных из тех, кто читал протокол допроса, большого труда не представляло.
Авторы: Чекоданов Сергей Иванович
не высовывать носа выше бруствера. Попадались, конечно, и среди них трусы, стремящиеся сбежать при первом же удобном случае, но вскоре оказывались всё в том же штрафбате. Если не спешили сдаться в плен противнику. Но в наступлении это не так легко сделать, и не так легко на такую глупость решиться. А, вдруг, завтра тебя вызволят из плена? И первый вопрос, который тебя ожидает: «А как ты, дружок, там оказался?» А, сказать-то нечего!
Аналогичная ситуация была и с этим лейтенантом.
Если сержант не врёт? А проверить это трудно! Бойцы, как следует из их реплик, толком ничего не знают. А если и знают, то захотят ли говорить?
Понимая это, сержант начал успокаиваться.
На несчастье сержанта, именно в этот момент, на их наблюдательном пункте появился майор Платов.
— Ты как здесь оказался Корнеев? — Удивился майор. — А где командир взвода?
— Не было на НП лейтенанта! — Повторил сержант.
— Может, он по нужде отошёл? — Вмешался батальонный комиссар. — А ты в этот момент велел позицию бросить. Может, он там один оборону держит?
Подтверждая слова представителя Ставки, где-то впереди заработал пулемёт, захлопали разрывы гранат.
— Быстро назад, позиции занимать! — Скомандовал майор. — А то пристрелю, как дезертира и труса!
Сержант после этой отповеди механически повернулся и зашагал в сторону оставленной линии обороны взвода. За ним потянулись его бойцы.
— Погубит взвод. — Вздохнул майор Платов.
— Да уж, под командованием дятла и орлы курицами станут. — Проворчал батальонный. Подхватил лежащий на уступе стены автомат и заспешил вслед уходящему взводу, до того как Виктор успел отреагировать на его действия.
— Это что за стадо мокрых куриц. А ну взбодрись! Кто учил в атаку ходить толпой и с опущенными головами. — Распекал батальонный комиссар бойцов. — На собственные похороны торопитесь? А ну, рассредоточились. Сержант, троих бойцов в разведку на сто метров вперёд. Остальные двумя колоннами вдоль стен. Половина свои окна сторожит, а другая на противоположную сторону смотрит.
Бойцы, почувствовав твёрдую командную руку, начали оттягиваться к двум сторонам улицы.
Но было поздно.
Из-за поворота кривой, в данном месте, улочки вывернулась тупая морда немецкого панцера. Грохнул выстрел, поднимая столбом пыли щебень мостовой вместе с изломанными телами передовых красноармейцев. Ударил пулемёт с маячившего за кормой танка бронетранспортёра и ещё трое нерасторопных бойцов повалилось на землю.
Всё же, большинство успело залечь и открыть ответный огонь. Сунувшиеся вперёд немцы потеряли двоих и откатились под защиту брони.
Виктор, вспоминая про себя всех чертей, которые, по его мнению, явно приходились представителю ставки близкими родственниками, сопровождал левую колонну, в конце которой он и пристроился вслед батальонному комиссару. Хотя момент появления немцев он прозевал. И только окрик батальонного с приказом ложиться бросил его на землю.
Спас их проём между домами с невысоким каменным забором. Именно он прикрыл их от снарядов немецких танков. Впрочем передовая «четвёрка» прошла всего несколько метров, получив под гусеницы противотанковую гранату от выдвинутой вперёд разведки. Но на смену ей пришла «двойка», которая стала поливать улицу из своего двадцатимиллиметрового автомата. Впрочем, вперёд немецкие танкисты не пошли, предпочитая играть роль огневой поддержки.
Ещё дважды «гансы» пытались прорваться вперёд, но оба раза откатывались назад, оставляя на мостовой тела в серо-зелёных мундирах.
Андрей сжался за каменным валом забора, пропуская над головой короткую очередь проклятой «двойки». «Панцершутце» экипажа этого танка знали как бороться с пехотой, у которой нет противотанковых средств.
С невольной злостью подумалось, что неплохо бы засунуть на эту улицу многочисленных «знатоков» Интернета, вопящих на своих форумах о «железном хламе панцерваффе», которому большевики проиграли начальный период войны только в силу собственного неумения воевать.
А вот доблестные английские «Томми»…
А что «Томми»? Полтора года изматывали Роммеля забегами на длинные дистанции, благо размеры североафриканских пустынь позволяли.
Чемпионы мира «по прыжкам в сторону» и «Г-образному бегу».
Ну, подумаешь, сто километров за одни сутки бросили, ведь на всей этой территории — ценностей — два бедуинских шатра и десяток верблюдов, ну… если, конечно, не считать материальную часть двух пехотных и одной танковой дивизии.
Но кто обращает внимание на такие мелочи, особенно когда переигрываешь давно случившуюся войну. Тем более, что бывший
